Перевоплощение.

(Перевод М. Маркиша.).

"Не дивитеся сему: яко грядет час, воньже вcu сущии во гробех услышат глас Сына Божия, и услышавше, оживут и изыдут сотворшии благая в воскресение живота, а сотворшии злая в воскрешение суда" (Иоанн 5, 28-29).

Строго говоря, перевоплощение - это не культ и не секта. Скорее это чуждое христианству учение, поразительно широко распространившееся на Западе, причем отнюдь не только среди вторгшихся сюда восточных религий или религиозных групп Нового Века. Многие из тех, кто считает себя христианами, принимают в наши дни учение о перевоплощении; приходится встречать и православных, исповедующих эту ересь.

Эдмон Робийар в своей книге "Перевоплощение: иллюзия или действительность?" отмечает, что "перевоплощение - никак не научный факт, а религиозное верование.

По существу оно сводится к следующему: после смерти душа оставляет тело и переходит в другое тело, которое может быть растительным (например, зерном пшеницы), животным (например, обезьяной или свиньей), человеческим (например, богачом или нищим), или даже неземной природы".

.

Идея перевоплощения была превосходно знакома древним - в античной Греции, у кельтов и друидов, в мистических культах Ближнего Востока, и особенно в Индии. Но интересно, что вопреки распространенному мнению, древние египтяне этой доктрины не знали. Заблуждение восходит к Геродоту, который неправильно истолковал египетское учение о потустороннем мире.

Современные ученые практически единогласно сходятся во мнении, что в древнеегипетской религии постепенно выработалась вера в воскресение мертвых; отсюда и дары для примирения с ними, в виде съестного.

Эдмон Робийар отмечает превосходный пример сохранения и вос- становления языческих обрядов и поверий в современном "христианском обществе": на праздник Хэллоуин в США детям принято, нарядившись подобно мертвецам и привидениям, ходить от дома к дому и выпрашивать угощение, угрожая всевозможными карами тем, кто откажется принести подобную "жертву". Незадолго до Рождества Христова учение о перевоплощении стало проникать и в еврейскую среду; оно сохранилось до сего дня в некоторых разновидностях хасидизма.

Поскольку у древних не было развито понимания Единого Бога - Творца и Судии живых и умерших, идея перевоплощения помогала им объяснить тайну бытия и кажущуюся его несправедли- вость: тот, кто делал в жизни зло, "возвращался назад" в виде животного или какого-нибудь несчастного страдальца, чтобы "искупить" грехи прошлого воплощения.

Таким образом, перевоплощение оказывается примитивной формой концепции возмездия: об этом говорит "закон кармы", или попросту, "что посеешь, то и пожнешь". Разумеется, разносчики идеи перевоплощения любят ссылаться на Священное Писание, где многократно говорится о воздаянии за добрые и злые дела: но это ни в коем случае не должно вводить нас в заблуждение. Мы должны ясно видеть пропасть между языческим "законом кармы" и личной ответственностью каждого из нас перед справедливым и милосердным Царем, Который до времени жатвы не отделяет пшеницы от плевелов. В самом деле, христианский взгляд на судьбу человеческой души - взгляд, основанный на Священном Писании и учении Церкви - ничего общего с перевоплощением не имеет. Хотя из личных пристрастий и психологических факторов вырастает немало попыток примирить христианство с перевоплощением, все они сводятся к заносчивому самообману или же просто к невежеству. Как ни старайся, компромисс недостижим: либо уж одно, либо другое. ".

.Идея перевоплощения предполагает, что душу можно спасти (если это вообще реально) только путем изглаживания последствий собственных грехов на протяжении многих жизней. Крестная жертва Спасителя не оставляет места этому холодному и угрюмому языческому формализму" (иеромонах Серафим Роуз, "Душа после смерти"). Потому-то святые отцы первых веков христианства так заботились о различении между Богом Авраама, Исаака и Иакова - который стал Человеком в Иисусе Христе - и языческими богами, безличными проявлениями "космических энергий" и "Мировых сил".

Так, например, св. Иустин мученик безоговорочно отвергает распространенную тогда доктрину перевоплощения: "Мы, христиане, верим, что в начале Бог создал их - тех, кто прежде не существовал, и кто ныне, по своему выбору угождая Ему, приобретут бессмертие" (Первая Апология). Новый Завет непрестанно повторяет, что Бог - это единственный Судья, решающий судьбу каждой души по ее разделении с телом.

Всем памятный пример - разбойник на кресте, к которому обращены были слова Христа: "Днесь со Мною будеши в раю" (Лк. 43, 23): не когда-то там после множества жизней и перевоплощений, а днесь, сегодня. Спаситель не ссылается на формальную и жестокую "карму"; Он здесь же, на месте, дарит разбойнику немедленное прощение и оставление всех его преступлений и их последствий. Потому св. апостол Павел спешит напомнить нам: "Се ныне время благоприятно, се ныне день спасения" (II Кор. 6, 2).

Итак, вместо механического "колеса перевоплощений" (о чем проповедует индуизм, буддизм и их современные западные дубликаты) - совершенная любовь и вечная жизнь. Как пишет Роийар, "здесь ясно видна полная несовместимость закона кармы с законом любви, провозглашенным с высоты Креста. Закон кармы требует строгого и безжалостного возмездия; закон Креста - это прощение и благодать". Не менее важно, что перевоплощение предполагает возможность для бесконечного совершенства благодаря собственным заслугам: в каждую новую жизнь человек приносит опыт и заслуги предшествующей, и так достигает блаженства.

Этому ли учил Христос? Наоборот, именно от порабощения подобными предрассудками Он освободил нас навеки! Действительно, если бы карма была реальностью, в чем был бы смысл смерти и воскресения Христа? Чего бы Он этим достиг? С подобной точки зрения - решительно ничего: мы, как и прежде, не свободны ни от смерти, ни от греха, и наша вера - впустую. Таков неизбежный логический вывод из идеи перевоплощения. И тем не менее именно таких взглядов придерживаются сегодня на Западе столь многие: одни осознанно, другие - не вполне, не отдавая себе отчета в последствиях своих убеждений. Их привлекает романтический бред о "памяти прошлых воплощений", сплошь и рядом стимулируемый техникой регрессивного гипноза. Массовая культура, конечно, тоже вносит свой вклад в пропаганду перевопло- щения. Но и во времена св. Иустина положение вещей было сходным; недаром он замечал в "Диалоге с Трифоном", что коль скоро практически никто не имеет ни малейшего понятия о своих "прежних жизнях" и не способен извлечь из них никакого "урока", то и сама вера в перевоплощение лишена всякого смысла.

Иногда говорят, что хоть перевоплощение и не упоминается в Священном Писании, это учение там и не осуждается. Это, однако же, не так. Когда ученики спросили Господа о слепорожденном: "Равви, кто согреши, сей ли, или родители его, яко слеп родися?" - предполагая возможность человеку согрешить до рождения, т. е. "в предшествующей жизни", - Он ответил: "Ни сей согреши, ни родители его, но да явятся дела Божия на нем", отвергая тем самым попытку объяснить происходящее перевоплощением.

В заключение можно добавить, что если доктрина перевоплощения истинна, если после смерти следует новое рождение, то зачем нужны особые молитвы об умерших? Зачем в погребальной службе мы просим помощи у Пресвятой Богородицы, у небесных сил и всех святых, для упокоения отлетевшей души, а не для ее "перевоплощения"? Мы твердо верим, что за смертью следует ответ перед Богом и ожидание всеобщего воскресения мертвых при Втором и страшном пришествии Христа. Так говорит Священное Писание.

Давайте же не будем соблазняться "в научения странна и различна", а укрепим свою веру в божественный и всемилостивый дар спасения от Господа, вспоминая слова св. Кирилла Иерусалимского, что "в святом крещении (а вовсе не в перевоплощении) омывает Господь и душу, и тело от пятен прошлых грехов". Константинопольский Собор 543 года постановил: "Кто говорит или верит в предсуществование душ, что души посланы чтобы поселиться в телах, да будет анафема".