Главная

Православная культура

Содержание


«СКАЗАНИЕ О ПИСЬМЕНАХ» ЧЕРНОРИЗЦА ХРАБРА

Одним из важных источников по истории славянской письменности является «Сказание о письменах», написанное в конце IX — начале X века неким черноризцем (монахом) Храбром. «Сказание» это было довольно популярно во времена средневековой Руси, об этом свидетельствует количество дошедших до нас списков «Сказания». Из 73 сохранившихся рукописных списков ХIV-ХVIII веков более половины — древнерусского происхождения, то есть переписывались древнерусскими писцами.

Это сочинение древнеболгарского книжника написано на церковнославянском языке и рассказывает об особенностях славянской азбуки, об условиях ее возникновения. Сказание было посвящено доказательству того, что славянское письмо, созданное Константином-Кириллом, ничем не уступает греческому и, более того, способно передать все особенности славянского языка; в частности, в славянской азбуке были буквы для обозначения специфических славянских звуков.

Основная часть «Сказания» показывала, что многие системы письма, в том числе и греческая, возникали и развивались постепенно, а их создатели учитывали опыт своих предшественников. Создание славянской азбуки стало завершающим этапом многовекового процесса создания письменности. Черноризец Храбр писал, что Кирилл опирался на опыт создания мировых алфавитов и даже начал свою азбуку с той же буквы, что и более ранние еврейский и греческий алфавиты, но упорядочил славянское письмо и тем самым совершил научный подвиг.

Одним из наиболее сильных аргументов в пользу славянской азбуки, особенно для людей средневековья, был тот, что греческое письмо создавали язычники, а славянское письмо — «святой муж».

Ниже мы приводим перевод «Сказания о письменах...», выполненный В.Я. Дерягиным.

Прежде ведь славяне не имели букв,
но по чертам и резам читали,
ими же гадали, погаными будучи.
Крестившись, римскими и греческими письменами
пытались писать славянскую речь без устроения.
Но как можно писать хорошо греческими письменами
«Бог», или «зело», или «церковь», или «чаяние»,
или «широта», или «ядь», или «уд», или «юность»,
или «язык», или слова иные, подобные им?
И так было долгие годы.
Потом же человеколюбец Бог, правя всем
и не оставляя человеческий род без разума,
но всех к разуму приводя и к спасению,

28


помиловал род человеческий,
послал им святого Константина Философа,
нареченного Кириллом,
мужа праведного и истинного.
И сотворил он им букв тридцать восемь —
одни по образцу греческих букв,

другие же по славянской речи.
С первой начал по-гречески:
они ведь с «альфы», он с «аз».
С «аз» начинаются азбуки обе.
И как те подобие еврейским буквам сотворили,
так и он греческим.
Евреи ведь первую букву имеют «алеф»,
которая называет «учение».
Когда приводят дитя и говорят:
«Учись, вот алеф».
И греки, подобно тому, об альфе говорят.
И приспособилось слово речи еврейской
к греческому языку.
Так говорят ребенку, вместо «учения» — «ищи!»,
ибо «альфа» — «ищи» значит на греческом языке.
И за теми следуя, святой Кирилл
сотворил первую букву «аз».
Та первая буква «аз»,
Богом данная роду славянскому
для открытия к разуму уст учащихся буквам,
великим раздвижением уст возглашается.
А другие буквы малым раздвижением уст
возглашаются и произносятся.
Вот буквы славянские,
как их подобает писать и произносить:
«аз», «буки», «веди», «глаголь», «добро»... до «юса».
Всего их — двадцать четыре,
подобных греческим буквам.
[Это:
а четырнадцать — по славянской речи,
[и это: ].
Одни говорят:
«Почему тридцать восемь букв создал,
ведь можно и меньшим числом их писать,
как греки двадцатью четырьмя пишут».
И не ведают, сколькими пишут греки,

29


ибо хотя есть двадцать четыре буквы,
но не наполняются лишь ими книги,
но прибавлено двугласных одиннадцать,
и в числах еще три: (шесть), (девяносто) и (девятьсот),
и собирается их тридцать восемь.
Так же, по тому подобию и образу,
сотворил святой Кирилл тридцать восемь букв.
Другие же говорят:
«Для чего славянские буквы?
Ведь их не Бог сотворил, не его апостолы,
они не исконные, как еврейские, римские и эллинские,

которые от начала суть и приняты Богом».
А другие думают, что Бог нам сотворил буквы,
и не ведают, что говорят, окаянные.
И будто на трех языках Бог повелел буквам быть,
как в Евангелии писано:
«И была на доске надпись по-еврейски, по-римски и по-эллински»
А по-славянски не было там,
потому славянские буквы не от Бога».

О том, что скажем или что поведаем таким безумцам?
Все скажем по святым книгам,

как научились по ним,
все по порядку бывает от Бога,
а не единожды было.
Ибо Бог не сотворил сначала
ни еврейского языка, ни римского, ни эллинского,
но сирийский, им ведь Адам говорил,
и от Адама до потопа говорили, и от потопа,
пока Бог не разделил языки при столпотворении, как писано.
Когда же смешались языки,
и как смешались народы,
так и нравы и обычаи,
и уставы и законы, и искусства по народам:
египтянам — землемерие,
персам и халдеям, и ассирийцам —
звездочетие, волхвование, врачевание, чарование
и все искусства человеческие;
иудеям же — святые книги,
в которых писано,
как Бог создал небо и землю,
и все, что на ней, и человека,
и все по порядку, как писано;
эллинам — грамматику, риторику, философию.

30


Но изначала эллины не имели для своего языка букв,
а финикийскими буквами писали свою речь,
и так было долгие годы.
Палимед же после пришел.
Начав с альфы и виты,
шестнадцать букв только эллинам обрел.
Прибавил к ним Кадм из Милета буквы три.
Так много лет девятнадцатью буквами писали.
И потом Симонид обрел и прибавил две буквы,
Эпихарий же, толкователь, три буквы обрел,
и собралось их двадцать четыре.
А через много лет Дионисий Грамматик
шесть двугласных обрел,
потом другой пять и другой три численных.
И так многие за много лет
едва собрали тридцать восемь букв.
После того, когда много лет уж минуло,
Божьим повелением нашлось семьдесят мужей,
которые переложили Писание с еврейского на греческий язык.
А славянские буквы?
Их один святой Константин, нареченный Кириллом, —
и письмена сотворил, и книги перевел за малые годы.
А те многие, за многие годы —
семеро их письмена устроили,
а семьдесят — перевод.
Тем же славянским письменам более святости и чести,
что святой муж сотворил их,
а греческие — эллины поганые.
Если же кто скажет,
что не устроил их добро,
потому что доделывают их еще,
в ответ скажем этим:
и греческие также многажды доделывали —
Акилла и Симмах, и после иные многие.
Легче ведь после доделывать,
нежели первое сотворить.
Вот если спросить книгочеев греческих так:
кто вам письмена сотворил
или книги перевел, или в какое время, —
то редкие из них знают.
Если же спросить славянских грамотеев так:
кто вам письмена сотворил или книги перевел,

31


то все знают и, отвечая, говорят:
святой Константин Философ, нареченный Кириллом, —
он нам письмена сотворил и книги перевел,
и Мефодий, брат его.
И если спросить, в какое время,
то знают и говорят,
что во время Михаила, царя греческого,
и Бориса, царя болгарского,
и Ростислава, князя моравского,
и Коцела, князя блатенского,
в лето от сотворения всего мира 6363-е.
Есть же и иные ответы,
их же в ином месте скажем,
а ныне не время.
Так разум, братья, Бог дал славянам,
Ему же слава и честь, и держава, и поклонение
ныне и присно и в бесконечные веки.
Аминь.

«Москва», №9,1990

32


ПРАЗДНОВАНИЕ ДНЯ СЛАВЯНСКОЙ ПИСЬМЕННОСТИ И КУЛЬТУРЫ В БОЛГАРИИ

Пожалуй, нам не доводилось наблюдать в Болгарии более жизнерадостного и красочного торжества, нежели «День Кирилла и Мефодия», или, как его еще иногда здесь называют, — Праздник букв.

24 мая обозначено в болгарском календаре красной цифрой, как выходной, и погода в этот день, словно по заказу, всегда бывает отменной — сухой и солнечной. Утром просыпаешься от бодрых маршевых звуков. Это гимн «Вперед, народ возрожденный» , что был сложен еще в годы османского ига. Его играют повсюду — и в зеленых дворах, и на улицах у домов, где собираются группами мальчишки и девчонки, чтобы построиться в колонны и двинуться в центр на праздничное шествие. Звуки гимна доносятся из окон соседних домов — его передают по радио.

Движение под эту мелодию проходит не в торжественно строгом ритме военных парадов, а в живом темпе — стремительном и веселом. Под него хочется двигаться как бы вприпрыжку. Общим жизнерадостным настроением заражаются и участники шествия, и многочисленные зрители. В многочасовом шествии, проходящем мимо правительственной трибуны по площади 9 Сентября, участвуют все, кто имеет отношение к просвещению и педагогике: как воспитывающие, так и воспитываемые — от убеленных сединами педагогов-пенсионеров до карапузов ясельного возраста.

Коляски, к которым привязаны разноцветные шары, стремительно толкают впереди себя молодые матери в весенних ярких платьях. Дети постарше усердно крутят педали

трехколесных велосипедов. Над праздничными колоннами — море цветов, флагов, портреты выдающихся славянских просветителей, транспаранты с буквами алфавита и двумя заветными для каждого школьника цифрами «5» и «6» (знания в школе оцениваются по шестибалльной системе). Бодрящие звуки марша увлекают вперед весь этот жизнерадостный стремительный поток, над которым в синеву неба то и дело взмывают стаи белых голубей, взлетают воздушные шары всех цветов радуги.

Традиция празднования Дня славянской письменности возникла в середине XIX века, однако корни ее восходят к первопрестольной Плис-ке — древней столице Болгарии. Именно сюда в 886 году, уже после смерти обоих просветителей, прибыли их ученики — Климент, Наум, Горазд, Ангеларий, которых болгарский повелитель князь Борис принял с триумфальными почестями.

В Плиске вскоре была разработана развернутая программа распространения азбуки в пределах тогдашнего болгарского государства. Один лишь Климент, получивший позднее прозвище «Охридский», судя по имеющимся источникам, обучил 3500 человек. И то, что дело просвещения действительно развивалось тогда, вслед за принятием азбуки, весьма активно, подтверждают археологи: одну из раскопанных в Плиске построек они квалифицировали как монастырскую школу, причем там были найдены даже учебные пособия — дощечки, покрывавшиеся тонким слоем воска, на которых ученики писали остро отточенным стержнем.

33


Получилось так, что всего два десятилетия спустя после принятия христианства в Болгарии благодаря азбуке Кирилла и Мефодия начали переводить на славянский язык богослужебную и богословскую литературу. Факт, знаменательный уже потому, что тем самым впервые в истории христианства была нарушена монополия трех «древних священных языков» — латинского, греческого и еврейского — в духовной жизни Европы (отметим» что во Франции Евангелие было переведено на национальный язык лишь через три, в Англии — через пять, а в Германии — через семь веков после Болгарии).

<...> Полтора столетия византийского и пять столетий османского ига не поколебали могучего влечения болгарского народа к просвещению, его стремления сберечь национальную культуру и самобытность. И одна из причин этой замечательной устойчивости — успешно освоенная в глубине веков славянская азбука. Вот почему она стала объектом столь глубокого, всенародного почитания.

Крайнов Л., Крушинский А. Балканские зори.— М.: «Советская Россия», 1981. (Гл.1; приводится в сокращении)

34



Пнд трубы Тетюши подробно. | личная охрана
Яндекс.Метрика

На главную страницу