Опубликовано 02.07.2014 в рубрике  Новостная лента » Обзор СМИ
 

Митрополит Таллинский и всея Эстонии Корнилий: «Эстонцы, которые ищут духовности, находят ее в нашей Церкви»

18 июня в Центре русской культуры в Таллине состоялась презентация книги митрополита Корнилия «Проповеди» и премьера фильма «Дорога к Богу». Вечером того же дня в кафедральном соборе Св. князя Александра Невского прошло богослужение, утром 19 июня — Божественная литургия. Так православные Эстонии чествовали своего Предстоятеля, которому исполнилось 90 лет. Владыка Корнилий — единственный действующий иерарх РПЦ, продолжающий служить в столь солидном возрасте. За несколько дней до юбилея митрополит дал эксклюзивное интервью «Культуре».

 

Митрополит Таллинский и всея Эстонии Корнилий: «Эстонцы, которые ищут духовности, находят ее в нашей Церкви»

культура: Как Вы себя чувствуете в преддверии юбилея, что сегодня Вас больше всего волнует? 
Владыка Корнилий: Само 90-летие меня не беспокоит. По Уставу я нахожусь во главе нашей Церкви до конца жизни. Бессменно. Значит, пожизненно должен что-то делать. Сколько будет сил, возможностей... А вот некоторое неустройство нашей Церкви волнует. И серьезно. Претензии Вселенского патриарха, споры, переписка между патриархатами (в стране действуют Эстонская православная церковь Московского патриархата и ЭАПЦ Константинопольского патриархата. — «Культура») продолжались почти 11 лет. Митрополит Стефан (управляющий ЭАПЦ. — «Культура») — первый и единственный грек в истории православия в Эстонии. И что дал нам Константинопольский патриархат? Ни одного храма. Ни одного православного проповедника. Ничего! 

культура: При этом на Вас по-прежнему нападают в прессе?  
Владыка Корнилий: Сейчас уже не знаю, что пишут. А раньше все газеты собирал. Меня даже вором называли. Хотя у кого я что украл?.. В конце концов, в 2002 году нас (ЭПЦ Московского патриархата. — «Культура») зарегистрировали. На очень плохих условиях. И все-таки... Даже те 11 лет, что мы были без регистрации... Мы были. Церковь делала свое дело. И никто не посмел повесить замки на наши храмы. Мы жили полной жизнью. Духовной — я имею в виду. Восстанавливали церкви, начали строить новые: величественный двухэтажный храм в Маарду, замечательный — в Нарве. В Тюри — просто как игрушечка! 

культура: Год назад наша газета писала и об освящении нового таллинского храма в районе Ласнамяэ, где большинство жителей — русскоязычные. Главная святыня собора — икона Пресвятой Богородицы «Скоропослушница», которую Вы спасли и полвека хранили дома... 
Владыка Корнилий: Да, в начале 1960-х в Таллине разрушили храм подворья Пюхтицкого монастыря, где находилась эта икона. Я уже вернулся из тюрьмы и случайно узнал, куда увезли церковное имущество. «Скоропослушница» хранилась у какого-то человека, и он по дешевке продал мне святыню... Сейчас в новом храме почти каждый день идут службы. 

культура: Священников хватает? Если не ошибаюсь, была ситуация, когда один батюшка служил в двух храмах, иногда — даже в разных городах? 
Владыка Корнилий: С православными священнослужителями в Эстонии сложно. По местному закону они должны обязательно знать государственный язык. Причем на первую категорию. Став архиереем, я сразу же устроил курсы — священники не пошли! Сейчас вот есть капелланы — в тюрьме, в полиции, в армии. А нам и послать некого. И если помочь в строительстве храмов желающие находятся, то эту проблему, кроме нас, решить некому... К слову, именно в тот период, когда мы жили незарегистрированными, у нас появились доброжелатели. Русские люди поняли, что такое Церковь. Даже те, кто далек от нее. Как-то ко мне пришел один человек, имеющий большое дело. Сказал, что некрещеный, но хочет помочь. И много сделал. В том числе для устройства нашего детского лагеря в поселке Нина на берегу Чудского озера — там было все сильно запущено. Пока лагерь действует в основном от нашего Александро-Невского собора, но в будущем хотелось бы, чтобы одну группу сменяла другая. Есть организационные трудности, надо найти хорошего директора. Но воспитатели, которые любят детей, уже работают, и это важно — ребята не хотят уезжать. В церковном доме на высоком чердаке устроили помещение, поставили двухъярусные кровати для девочек. Мальчишки ночуют в палатках. Порядок такой: подъем, зарядка, молитва в храме, завтрак. Потом помогают убираться в церкви, благоустраивают территорию. И только после обеда — развлечения: то канат тянут, то в волейбол играют... Если вода теплая, купаются. А вечером на берегу озера — костер. Питание хорошее — рядом деревня, там и молочко, и яйца. Все натуральное. 

культура: Благодать! Но как же далеко Вы увели разговор от своего юбилея. Современные дети с нетерпением ждут дня рождения. А как было у Вас? Что дарили родители? Собирали ли за столом Ваших друзей? 
Митрополит Таллинский и всея Эстонии Корнилий: «Эстонцы, которые ищут духовности, находят ее в нашей Церкви»Владыка Корнилий: Ну, как же?! Все было. Ночью мама подкладывала рядом с моей кроватью сверточек, чтобы, проснувшись утром, я мог его сразу обнаружить... Вообще-то она любила подарить что-нибудь практическое. Например, одежду. Сама много работала, шила, переделывала. Жили-то небогато. В то время такого не было: немножко поносят вещь — и выбрасывают. Теперь нужно все время покупать модное, чтобы магазины работали еще лучше. А отец однажды подарил... разные гвозди и инструменты. Чтобы я мог что-нибудь смастерить. Я был очень доволен. Отец вообще много занимался со мной. Рассказывал, читал. Сам-то я в детстве ничего не читал. Просто ничего! И вдруг наступил момент — увидеть меня без книги было уже невозможно. Но это уже в школе, конечно. Я тогда перечитал всю нашу классику, немного эстонской — в переводе, правда. Читать по-эстонски трудновато. Но разговариваю без проблем. 

культура: И даже служите на эстонском. 
Владыка Корнилий: И с представителями власти общаюсь по-эстонски. Если буду говорить на русском, эффект будет не тот. Я же здесь родился. В пятом поколении таллинец. Прапрадед, его сын, внук (мой дед) — все похоронены на Невском кладбище. Наш участок сохранился лучше других. У многих здесь не осталось родственников. А я все привел в порядок.  

культура: Вы же с отцом не жили вместе — родители были разведены. Переживали? 
Владыка Корнилий: Конечно. Очень... Это была проблема с детства.  

Митрополит Таллинский и всея Эстонии Корнилий: «Эстонцы, которые ищут духовности, находят ее в нашей Церкви»культура: Поэтому подсознательно стремились к крепкой семье, надежному тылу? Очень рано ведь женились — в 21 год.  
Владыка Корнилий: Ну и что? В 22 я уже дьяконом стал. А с женитьбой получилось так: пришел сюда, в Епархиальное управление, а тут машинистка сидит... Ну и все! Матушка Татьяна была немного старше меня и захватила еще Русское христианское движение, которое было распространено и в Эстонии тоже. Так что и я в какой-то мере к нему приобщился. Вот посмотрите снимок — мы здесь с супругой Татьяной и старшей дочерью Еленой... К сожалению, матушка рано умерла. Мой арест, тюрьма. А на руках — две дочки... Конечно, это подорвало ее и без того слабое здоровье.

культура: Если рано женились, стало быть, не думали о монашестве? 
Владыка Корнилий: Никогда не думал. Монахом я стал по положению. Как сказала мама: «Ну, стал монахом — пошел по ресторанам». Приемы, встречи... Мама застала этот момент. До самой своей смерти — в 92 года — она жила у меня.  

культура: А отец, его ведь расстреляли?  
Владыка Корнилий: Он был военный — полковник царской армии. Служил в полку... «Бессмертные гусары», что ли, назывался... В последние годы пришел к выводу, что советская власть не такая уж страшная. И не уехал в Германию. Хотя с фамилией Якобс мог бы легко это сделать. И наверняка выжил бы... По отцовской линии у меня в роду немцы. Дед, генерал-майор инженерной службы, работал в Нарве, там же родился мой отец. Я уже имел паспорт Эстонской республики. Так что родина моя здесь. Но по образованию, по культуре я русский.

культура: Вы учились в Ленинградской духовной академии, служили в вологодском храме... 
Владыка Корнилий: В Ленинграде учился недолго. А вот Вологда стала очень важной основой для моего дальнейшего служения... Когда-то эта область имела 800 церквей, при мне, в 50-е годы, — только 18... Однажды приезжаю в отдаленную деревню, а там все население младше 18 лет — некрещеные. Так я всю деревню окрестил. Хрущевское время. С религией боролись. Но сердце подсказывало русскому народу, что делать. А что получилось в Эстонии? Когда стала советской республикой, началось безбожие. Теперь оно идет с Запада. Посмотрите, что происходит в Германии! Храмы закрывают, продают, переделывают в гостиницы, рестораны...   

культура: Сейчас в Эстонии ситуация как будто не так плоха. По статистике, православных здесь больше, чем представителей других религий.  

Владыка Корнилий: Да, но это если считать всех православных,  Константинопольского патриархата в том числе. Если только Московского — мы на втором месте после лютеран.

культура: В смешанных семьях здесь уже нередки случаи, когда папы-эстонцы приходят крестить детей и сами принимают православие.  
Владыка Корнилий: Есть такое. Однажды в старинный деревянный Казанский храм пришла семья с ребенком. Отец пытался говорить по-русски, плохо получалось. Наконец спросил: «Это церковь Московского патриархата или Константинопольского?» Ему говорят: «Московского». — «А, ну тогда я свечки поставлю»... Полагаю, эстонцы, которые ищут духовности, находят ее в нашей Церкви. Лютеранство не дает этого в полной мере. 

культура: В 50-е годы было сложно, и теперь не проще. Новое время породило новые проблемы.  
Владыка Корнилий: Да, сейчас эстонский парламент собирается принять закон об однополых браках. А в школах преподают «Человековедение», где рассказывают все, по существу — развращают. От Совета церквей подаем протест, чтобы программа была пересмотрена. 

культура: Рассказывая в своей книге о моменте ареста, Вы признаетесь, что были наивным, доверяли людям — давали читать Бердяева... После лагеря изменились? 

Владыка Корнилий: Нет. Каким ты был, таким ты и остался. У меня в радиоточке был установлен подслушивающий аппарат, но с его помощью собрать информацию не удалось. А вот книга Бердяева, которую я дал студенту, а он показал еще кому-то, сыграла свою роль... 

культура: Вы попали в Дубравлаг в Мордовии. По долгу службы мне довелось однажды быть в Явасе. До сих пор помню — даже воздух там тревожный... А Вы провели в заключении три с половиной года. И говорите, что не унывали, не отчаивались. Молитва спасала?  
Владыка Корнилий: Конечно. Но молиться-то надо было тайно. Хотя иногда мы собирались группой. И Пасху отмечали в столовой. Правда, на нас донесли. Я раздал просфоры, прочел молитвы. И вдруг явились начальники. Взяли для экспертизы компот, который мы пили — нет ли спиртного. 

Среди нас были иеговисты, немного католиков, униаты. При мне привезли униатского митрополита Иосифа Слипого. Делить было нечего — все в одном положении. И отношения были хорошие. 

У меня вообще не осталось в памяти какого-то ужаса и кошмара того времени. Все-таки это были уже не сталинские лагеря. Бараки на ночь не закрывались. Следователь, который вел мое дело, был совершенно спокоен. Собирал и записывал сведения, чтобы меня осудить, вот и все. Не кричал, не издевался. Потом уже, в тюрьме, мне именно через него передавали письма, если их было больше нормы. Первое время разрешалось даже неограниченное количество посылок, и — представляете — чужие люди, узнав, что в лагере содержится несколько священников, присылали передачи. В иной день мне до десяти коробок приходило. Не говоря уже про посылки близких. Мне этого и не надо было — все раздавал. Работал, зарабатывал зачетные дни — благодаря этому и вышел раньше. Еще матушка моя помогла — нашла хорошего адвоката. Да студент Степа написал толковую жалобу на приговор... Одна печаль была в лагере: приехали на свидание мама с моей старшей дочерью Еленой и жена — с младшей Марией. Я взял малышку на руки — она отворачивается. Отвыкла. Когда меня арестовали, Маше было всего два года... 

культура: Вы как-то сказали: надо обучаться православию. Вашим детям и внукам такая проблема незнакома. А как быть тем, кто родился в советское время в семьях, не знавших дорогу к храму? 
Владыка Корнилий: У меня две дочери, восемь внуков, семь правнуков. Конечно, они все православные, потому что воспитывались в верующей семье. Но сегодня можно черпать информацию откуда угодно. Вот про телевизор говорят: его надо уничтожить, это враг человечества. Неправда! Не смотрите плохое, ищите хорошее. Есть, например, круглосуточный канал «Союз». То же самое — с интернетом. Все зависит от того, что смотреть.

Поддержите наш сайт


Сердечно благодарим всех тех, кто откликается и помогает. Просим жертвователей указывать свои имена для молитвенного поминовения — в платеже или письме в редакцию.
 
 
Помочь порталу

  Оцените актуальность  
   Всего голосов: 0    
  Версия для печати        Просмотров: 1904

Ключевые слова: Эстония, интервью, Личность

html-cсылка на публикацию
Прямая ссылка на публикацию

 
  Не нашли на странице? Поищите по сайту.
  

 
Самое новое


22 февраля
22 февраля состоится открытие выставки «История русской святости»...
Помоги музею
Искитимская епархия просит оказать содействие в сборе экспонатов и сведений для создания...
важно
Нужна помощь в новом детском паллиативном отделении в Кольцово!...
Памятник
Новосибирской митрополией объявлен сбор средств для сооружения памятника всем...


 


  Нравится Друзья

Популярное:

Подписаться на рассылку новостей






    Архив новостей:

Февраль 2023 (13)
Январь 2023 (65)
Декабрь 2022 (83)
Ноябрь 2022 (80)
Октябрь 2022 (74)
Сентябрь 2022 (75)

«    Февраль 2023    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728