По благословению
Высокопреосвященнейшего Тихона
Митрополита Новосибирского и Бердского



 


Опубликовано 15.01.2010 в рубрике  Новостная лента
 

Православие и рок-музыка: возможен ли человеческий и человечный разговор?

От редакции :
 

Православие и рок-музыка: возможен ли человеческий и человечный разговор? Дискуссия по поводу „совместимости“ православного благочестия и рок музыки поистине стала „дежурной“ темой современной православной журналистики.

Некогда и СОБРАНИЕ внесло свои скромные доводы в этот спор, к которому так подходят пушкинские эпитеты русского бунта. Однако проблема продолжает оставаться актуальной, даже вопреки нашему желанию. Последнее подтверждение тому обнаружилось в майском номере «Русского дома», где известный автор статьи «Душу за rock» запросто приписал «Битлам» строчку из песенки Оззи Осборна «Mr. Crowley», и фактически обвинил иеромонаха Сергия (Рыбко) в подготовке платформы для создания новой секты. Видимо еще много лет придется „ревнителям“ провозглашать всех рок музыкантов сатанистами, а миссионерам разбирать ошибки в сочинениях „ревнителей“, да приобщать к Церкви тех, кого от нее уже успели отпугнуть. Обидно это, ведь в жизни и кроме рок-музыки столько интересного…

Автор предлагаемой статьи Александр Непомнящий — человек известный коренным российским неформалам, как рок-поэт и певец. Те же из них, кто связал свою жизнь с Церковью, знают его как человека горячей и искренней веры. Наверное поэтому, сей материал можно признать лучшим из всего того, что писалось о рок-культуре с православной позиции. Талантливые люди талантливы во многом, и жажды Правды у Непомнящего-публициста не меньше чем у Непомнящего-музыканта. Текст, с некоторыми сокращениями и изменением в заголовке, публикуется с разрешения автора, которое он передал нам через друга СОБРАНИЯ казанского рок-барда Андрея Кайманова. Авторскую версию читайте на Официальном сайте Александра Непомнящего.

Сам Александр в настоящее время не занимается концертной деятельностью. 7 июня 2004 года он перенес трудную операцию на головном мозге. Сейчас лечение продолжается. Просим помолиться о его здравии всех православных, с каким бы культурным багажом, мы — столь разные, не подходили к его размышлениям.

М. Ш.

***

Предложенные вашему вниманию размышления на тему очень непростых взаимоотношений рок музыки и Церкви написаны в двух частях. Тон и стиль этих двух частей очень разнится: первая написана очень жестко и посвящена оценке рок-музыки, как общемирового феномена. Вторая — значительно мягче и вдумчивее и ссылается на статью иеромонаха Григория (Лурье) на тему русского рока, как особого, близкого более к русской литературе, нежели к западной рок музыке явлению. Тон столь разнится ни в коем случае не потому, что мне ближе западный рок или я высоко оцениваю его духовный пафос — напротив, я прожил свыше десяти лет и ныне пишу и пою в мире, где любят Янку и Романа Неумоева и читают книги, в том числе и православные от экзистенциального Достоевского до аскетической Лествицы. Причина разности тона связана с тем, что в первом случае я встретился с непробиваемой стенкой НЕЖЕЛАНИЯ ПРИСЛУШАТЬСЯ И ПОНЯТЬ. Во втором — понимание, как мне кажется, не достигнуто. Что не страшно, поскольку понимание — скорее, процесс, нежели результат, но ЖЕЛАНИЕ ПОНЯТЬ — налицо.

О рок музыке на службе Сатаны и книжниках на службе своей Правоты

Цитаты, которые последуют далее, по размаху гротескно дремучей некомпетентности и желанию „припечатать врага народа“ походят более даже не на инвективы некого тоталитарного государства, но на злую пародию сбежавших за кордон диссидентов, получающих денежки за оболгание этой системы. К сожалению, здесь все серьезно, пародия и сатира вообще не живут в мире, где были найдены нижеследующие откровения на тему рок музыки. Мало того, подкреплено осуждающим всякие сомнения незыблемым авторитетом, т. к. было найдено в церковной лавке. Выражу свое отношение к религии и рок музыке, дабы читатель сориентировался, с какой мировоззренческой платформы веду я эту полемику.

1. Я верю, что Христос — Сын Божией и есть Истина. Верю, что путь к Нему, сохраненный Православной Церковью, наиболее прям в христианском мире и наименее искажен духом мира сего.

2. Рок-культуру я вижу одной из форм человеческой культуры, которая, как и любая ее форма, может нести равно „добро“ и „зло“, находится в мире сем, потому, естественно, не избежала, за исключением высших своих проявлений, КАК И ВСЯКАЯ КУЛЬТУРА, его влияния. Списание же всего мира и всей культуры человечества окончательно и без различения в „епархию“ Зла — это забвение того, что Христос пришел и призвал христиан спасти мир, то есть преобразить его светом Его и Его учения и в этом Свете делать тяжкий труд „отделения зерен от плевел“, а не увести от мира, что является для мирянина (не монаха) грехом упрощенчества, нежелания брать на себя труд напрягать свою интеллектуальную совесть, проще говоря, думать, и является, в конечном счете, нежеланием брать крест свой и предпочтением труду этому горделивого и бездумного осуждения.

3. Первоисточники цитат у меня есть, но нет сканера, посему я предпочел идентичные электронные варианты из Интернета. Не удивительно, что поисковик «Яндекс» нашел их в первую очередь на сайте сатанистов, потому что более убедительных им аргументов (они хорошо знают музыку) против Православной Церкви, чем подобные „труды“ арх. Лазаря, арх. Милеанта и др. искать уже не обязательно. В некоторых указанных мной случаях я вместо своих комментариев к „перлам“ досточтимых „отцов“, цитирую комментарии ребят — любителей «тяжелого металла», полагающих себя сатанистами, если я с этими КОНКРЕТНЫМИ фразами их согласен. Напоминаю, что ложный религиозный выбор не является гарантией абсолютной лживости. „Православным“, желающим крикнуть „Ату, кого он цитирует…“ напоминаю фразу Тертуллиана о том, что каждая душа — христианка, и добавлю, что ВСЕГДА лгут только бесы.

4. Православных, абсолютно не знакомых с рок музыкой, прошу лишь не кипятиться заранее и записывать автора также в какую-либо «церковь Сатаны». Я не предлагаю им НАЧИНАТЬ слушать рок-музыку, и не буду пересказывать сотни страниц рок изданий, с которыми они при появлении какого-либо интереса к предмету элементарно могут ознакомиться (если читать „не благословляет батюшка“, читать не нужно, но тогда неэтично и брать на себя грех соосуждения того, о чем не имеешь представления), просто призываю НАЧИНАТЬ СУДИТЬ, только если они действительно знакомы с предметом. Противоположная цель моя — попытаться показать людям, отторгнутым подобными благонамеренными пасквилями от Церкви, что Она, на деле, — целое поле человеческой мысли и не ТОЖДЕСТВЕННА одному богословскому мнению отдельно взятого священника. Предвижу еще один стандартный полемический ход: зачем де знакомиться с грехом, чтобы его судить. Избежим подмены понятий: греха под названием «рок-музыка» не существует и не может существовать, так как эти вещи — из разных понятийных рядов — рок-музыка — это явление культуры, требующее оценки, а грех — это грех, т. е. уже получившее окончательную оценку Церкви состояние или деяние человека.

5. В первой части не приведены иные точки зрения в отношении рок музыки по той простой причине, что в церковных лавках иных мнений просто нет. Поскольку я знаю многих батюшек, которые в частных беседах, особенно во внеслужебное время, выражают совсем иное отношение к данному предмету, полагаю, что встретился здесь с УСТОЙЧИВЫМ ОБЩЕСТВЕННЫМ МНЕНИЕМ и своеобразным околоцерковным „фольклором“, который пытается заменить собой соборное мнение Церкви. Особенно показательны характерные именно для фольклора и варьируемые в разных „разоблачительных“ статьях мелкие детали — типа 5, 300 или 600 человек погибли на каком-нибудь таинственном концерте или что КОНКРЕТНО получается, если фразу, спетую некой группой ПЕРЕВЕРНУТЬ. Поскольку „богословские мнения“ относительно рока действительно авторитетных в Церкви архимандрита Лазаря и о. Родиона даже в некоторых мелких стилистических деталях и орфографических ошибках совпадают с мнениями дюжины „мирян“ и вообще анонимных листков из разных уголков нашей Родины, похоже, что этот „фольклор“ просто-напросто переписывался без проверки, скорее всего, референтами, к примеру, о. Лазаря. То есть даже не является авторитетным богословским мнением. Но свою „едкую“ критику я отправляю именно в адрес этих авторитетных пастырей Церкви, потому что ни церковный авторитет, ни нагрузки в службах, ни любые иные причины не отменяют еще более древнего, чем земной образ Христовой Церкви, правила — человек отвечает за то, что разрешил подписать своим именем.

Начинаю с цитатки из г. М. И. Светлова («Троицкий Благовестник» 35, 1995 год)

Панк рок — цель и философия его заключаются в том, чтобы привести аудиторию непосредственно к коллективному насилию, систематическим выступлениям, самоубийствам. Панк — вполне приемлет и включает в себя поступки примерно такого рода: например во время концерта нанести партнеру кровавую рану лезвием бритвы, вшитой в джинсы или рубашку, и затем уже раненого — избить браслетом, покрытым шипами.

Такой кошмарный фантастический «панк рок» существует, к счастью, лишь в головах М. И. Светлова, и, как чуть попозже выяснилось, священника Родиона (Николай Боголюбов, Тайные общества СПб, «Вера» 1997) — притом возмущаются оба почему-то в одних и тех же выражениях. Читаешь это, и возникает искушение напомнить, что в случае отвратительных и лживых бесовских видений помогает молитва Кресту «Да воскреснет Бог…». Ни один живой молодой слушатель панк рока в этой галиматье то, с чем он встречается в жизни, не узнает. Читать это более-менее обидчивым мальчишкам, предпочетшим богатые мыслью и цитатами из хорошей „большой“ литературы (в том числе, и вполне православного Достоевского) инструкции по свободе в исполнении «Гражданской Обороны» Алене Апиной — не рекомендуется. Да, панк часто вызывающ. Но бесы омерзительны, в первую очередь, не „вызывающим поведением“, а своей пошлостью. Почему не возникает у таких вот „защитников Православия“ желания сразиться с „музыкальной“ поп пошлятиной и „русским шансоном“, идентичным по происхождению кощунственным для христианина игральным картам, забивающим уши человеку везде — на каналах телевидения, на рабочих местах и в общественном транспорте. Не хочется противостоять пристрастиям большинства? Нет там вызова „общественному порядку“, значит и зло НЕ ЗАМЕТНО? Святой Дух дает человеку дар различения духов, находящемуся в Церкви Святой Дух дарован в той или в иной степени. И если люди, говорящие от лица Церкви, духа мира сего в подавляющем море масс-культуры не замечают и „переводят стрелки“ на вторичные формы ее, скандалящие, в первую очередь, с весьма сомнительным с точки зрения правды Христовой „общественным мнением“ и юродиво обнажающие дух этого мира, то снова возникает древний вопрос о границах Церкви. Являются ли голосом Церкви голоса и мнения этих людей? Не стоит здесь многозначительно просвещать нас насчет того, что слово «панк» переводится «мусор» или «грязь» — нам вспоминается здесь строчка казахского поэта и панк музыканта Ермена Ержанова «Анти» «Грязь — это способ остаться чистым». Если бескомпромиссно отвергать мир земной с высоты монашества и мученичества, то Церкви придется уйти в катакомбы. Церковь это не делает, дабы не впасть в гордыню и не забыть, что Христос пришел к грешным и падшим, почему и были отторгнуты Ей монтанисты и другие подобные бескомпромиссные течения. Если идти в этот мир с Благой Вестью, то нельзя вершить суд его и делить на „плохих“ и „хороших“ на отнюдь не евангельских принципах. Интересно, что в статьях про западный рок «отцы» цитируют неких „специалистов по року“ с английскими фамилиями, над мнением которых и потешаются сатанисты на найденном мною сайте. Подозреваю, что это протестантские проповедники. А идеал «христианина» для протестантов, пардон, благонамеренный буржуа, у которого есть достаток, потому что „ему Бог помогает“. И на долларе написано «Мы в Бога верим» — НА ДОЛЛАРЕ, понимаете? Это христианский идеал, отцы? Всё нарочито „антихристианское“ и эпатажное в западном роке 60х – начала 70х — озорной максималистский юношеский протест против этого ханжеского, пуританского, и духовно пустого идеала. Пустыннику и монаху есть что сказать против духа мира сего, который пропитал и рок-музыку. Прихожанину, который ходит раз в неделю или даже реже в церковь, может быть, читает правило, но, тем не менее, кормится свиными рожками ТВ ценностей, крутится в вечной сатанинской круговерти под названием ТОВАР-ДЕНЬГИ-ТОВАР и большую часть трепета своего отдает не Богу, а проблематике безбедного будущего, бытовым проблемам и любовным перипетиям 325 серии Истории о Настоящей Любви — и все это под вечным самооправдательным девизом «ведь жить то нужно!» — этому прихожанину сказать своему ребенку, поставившему „ирокез“ или отпустившему волосы и поющему в подъезде что-то „панковское“ типа «ржавый бункер — моя свобода» — нечего. Но читать книжки господина Светлова и архимандрита Лазаря будут не монахи-пустынники. Там этот вопрос не актуален в общем-то. Будет читать „воцерковленный“ Господин Обыватель. Но нет в церквушке при железобетонном микрорайоне № 666 книжек с пастырскими размышлениями о духовной „ценности“ ВСЕЙ модели сознания, прививаемой КАЖДОМУ в зависимости от его иммунитета и способности к сопротивлению так называемым „обществом потребления“. (Не надо напоминать многочисленные книжки о монахах и мучениках — средний человек не достаточно владеет саморефлексией, чтобы все это применять к себе, да и „отцы“ это знают, почему и выпускают ясные и конкретные книжечки-руководства к исповеди и т.п.). Покупает эту книжку „мирянин“ и получает своей обывательской правоте перед собственным ребенком ВСЕЛЕНСКУЮ САНКЦИЮ. Ребенок отгораживается, уходит в себя, иногда — даже из дома. А самое главное, получает прививку ПРОТИВ ЦЕРКВИ, потому что убеждается, что Она и мир зарплат и телевизоров против его мира ЗАОДНО.


Так все-таки… Автор часто катается ввиду недостатка денег на попутках, в 90 % машин с магнитофона слышит песни о романтичной жизни воров и подозревает, что это отчасти отражает общенародную ситуацию музыкального рынка. А любая музыка воспитывает идеал. Я НИ В ОДНОЙ ЦЕРКВИ не видел НИ ОДНОЙ КНИЖКИ о криминализации сознания нашего народа при помощи „блатняка“. Церкви это не интересно? Или пастыри считают, что здесь все всем и так ясно? Мне нечего возразить недоброжелателю, спрашивающему: что, дескать, БОЯЗНО получить от реальной „руки дающего“ „по шапке“?

Архимандрит Лазарь пишет: Элвис Куппер явно заявил о том, что он вступил в сговор с демоном, и это принесло ему признание…

Ну нельзя создавать гибрид-мутанта Элиса Купера и Элвиса Пресли, если вы хотите что-то доказать кому-либо, кроме лиц, не знакомых с предметом абсолютно. Так же не рекомендуется принимать все эпатажные высказывания за откровения на суде инквизиции. Как и подобные высказывания Джона Леннона и других „рокеров“. Если пастыри не читали работы Бахтина, где смысл „карнавальности“ в культуре выявлен весьма емко, а, возможно, и подозревают, что «Письма Баламута» известный христианский писатель К. С. Льюис писал в состоянии одержимости бесом, то уточню — я не хочу приписывать Джону Леннону и Элису Куперу свойства христианских праведников, я хочу просто, чтоб им огульно не инкриминировали сатанизм на основе их шалопайского антипуританского творчества. Хочется еще и подчеркнуть банальное — далеко НЕ ВСЕ НЕХРИСТИАНЕ являются сатанистами, и не является ХРИСТИАНСКИМ принципом абсолютизация принципа «кто не с нами, тот против нас».

Сам ваш покорный слуга в одной из ранних песен, описывая свою встречу с запуганными обывателями, писал:

В моем кармане бутылка с зажигательной смесью
И листки красно-коричневых партизан,
Моя цель, вероятно, пристрелить президента
И уронить останкинский телебашенный кран.
Вероятно, утащить водородную бомбу
И уронить героин в водопровод.
Меня лучше расстрелять под первым забором.
Вероятно, я даже играю панк рок.

Не только я, но и ВСЕ мои слушатели на ЛЮБОМ из концертов знали, что нет у меня ни бутылки с зажигательной смесью, ни героина, ни желания сыпать его в водопровод, да и наркотики я не употребляю — просто человеку свойственно смеяться над пустопорожними и глупыми страхами, чтобы сон разума не рождал чудовищ. И хотя я сейчас из „детских штанишек“ этой песни вроде бы вырос, и ее не пою, но мотивы написания и атмосферу исполнения помню хорошо. Ох бы заподозрил меня почтенный архимандрит, занеси его на мой концерт некая искусительная сила. Кстати, именно так работают почти все песни так „любимого“ г. Светловым, о. Родионом и о. Милеантом Джелло Биафры из «Дед Кеннедиз», знаменитого американского рок-сатирика (неизвестно почему последним называемым «хором Дед Кеннеди» — какой хор? — Биафра там один поет). Если его песня «Я убиваю детей» это не издевательство над пошлой эстетикой пропагандирующих насилие голливудских фильмов-ужасов, а чистосердечное признание перед непонятно кем, то песня «Holiday in Kambodga» несомненно говорит о том, что Биафра — личный друг Пол Пота, песня «Bed time for democracy» конечно говорит о том, что он — мордастый американский фашист, а песенка из проекта «Лард» о человеке, „сдвинувшемся“ от шпиономании и боязни подслушивающих устройств, о том, что он запуганный клерк из офиса. Когда же Биафра успел побыть всеми этими людьми, да вдобавок почему-то приобрести репутацию борца с тоталитаризмом? Хочется вспомнить также творчество более знакомого русским людям В. С. Высоцкого — по вышеописанной логике он несомненно устраивал бунт на Канатчиковой Даче с другими „поехавшими“ на тему НЛО…

Крайне разрушительно и пагубно влияние на душу христианина джаз музыки, рок музыки, панк музыки, диско музыки и т. д., форм и явлений современной популярной музыкальной культуры. Весь путь, по которому прошла и идет эта разрушительная, направляя короткой дорогой огромные толпы молодых людей в кромешный ад, покрыт срамом самых гнусных, самых страшных смертных грехов: это всевозможные блудные извращения, отвержение всякого стыда, полная распущенность всех самых низменных страстей и похотений, это наркомания, приводящая часто к самым ужасным последствиям, это смертные случаи от чрезмерных доз наркотиков, случаи насилия, самоубийства и т. д., не говоря уже о самых безумных злохулениях, которые встречаются в песнях, в вызывающих заявлениях рок звезд и которыми пропитана вся черная философия этой новой культуры.

Да, рок явился в мир не в горнем воздухе Афона, а в гуще потерявшего дорогу к Христу мира. Явлениям культуры вообще свойственно быть свидетельством, отражать духовное состояние современного им мира. Но всё же это не голос ада, а в некоторых случаях — отнюдь не голос ада, поскольку пока все же мир еще не ад окончательно. Остается обвинить аналогично ВСЮ литературу, поскольку в ней был маркиз де Сад и Эммануэль Арсан. Нигилизм для судящего — нежелание отделять зерна от плевел, без чего пастырский труд НЕВОЗМОЖЕН. Вакханалия порока, разъедающая мир, в том числе и нашу православную русскую цивилизацию тесно связана в гораздо большей степени с антихристианским по сути ТОРГОВЫМ СТРОЕМ, либеральной „демократией“ так называемой и ее масс культурой. Дальше — цитата из параллельного моему размышления на тему «рок — Церковь — общество» Олега Судакова «Манагера», известного сибирского рок-музыканта: „Рок в Америке возник, как реакция молодёжи на жизнь предложенную старшим поколением… Народилась альтернатива, необычное, но всё же самое, что ни на есть, народное творчество и его пришлось принять со всеми потрохами. Оно быстро перекинулось через океан и прижилось. Там было то же. Чего философичного в ранних «Beatles» или «Hollies»? Безудержное веселье, любовь, томление и азарт молодости. Я думаю, то время было суматошным, бесшабашным и совершенно безобидным. Но грянула война, и Африка с Вьетнамом расчленили благодушие симпатичных рокеров.

Смерть, суицид, боль и мрак появились в песнях из жизни, из Сонг Ми и Сайгона, из Родезии и Биафры, и рок-н-ролл навсегда лишился наивности ветреной юности — мир лопнул по швам и хрип его разлетелся по струнам. Психоделия хиппи стала ответом американским и английским папашам и поддержавшим их современникам. Снова пришлось пригубить крови, дабы опрокинулась Восточная Империя Зла. И шестидесятникам было, что сказать — рок взлетел на невиданную высоту патриотичности и осознания Бытия. Это был голос, не обрамлённый канонами, консерваториями и правилами, вскипевший жаждой слова, и громыхнувший тысячеголосой полифонией переливающегося серебра. И что? Это придумал Сатана и спроектировал Адский совет падших духов?

Тогда придётся потянуть вослед Кеннеди и Джонсона, английскую королеву и бельгийского короля, немецкого канцлера и французского президента. Ведь Африка была гигантской колонией белого брата, и он умело обирал её пока чёрный бунт не вышвырнул его в Европу. Наверное, несколько миллионов вьетнамцев и африканцев, расстрелянных за чей-то банковский счёт пострашнее предчувствия смерти в какой-то песне. И ЛСД синтезировали в лабораториях не парни с гитарами, а коноплю сажали на полях не восторженные поклонники чьей-то группы… Ничем особенным рок не отличен от других форм государственной жизни и скорее инспирируется ею в тяжкие грехи. Однако батюшки не осмеливаются обвинить в сатанизме существующий порядок и осуществляющие его институты государства. Достаточно оказаться на Нью-Йоркской или Токийской бирже, чтобы ощутить такой драйв, такую иссушающую страсть плоти, что из глотки помимо воли рванёт — слуги богомерзкие лукавого бесстыжие толчки! Но ведь нельзя, не положено священнику обвинить структуру власти, ибо право её дано свыше. Тогда надо разобраться, где кончается власть Лукавого и начинается власть Божия и ежели власть проистекает от Бога, то, как она совращает своих граждан, что они становятся виновными в её деяниях, а она, власть, и ни при чём. С больной головы на здоровую переложить можно, но надо ли? Даже если закрыть весь российский рок, выветрить и забыть, то вряд ли прекратятся заказные убийства и наркобароны не разрыдаются от содеянных злодейств, да и девочки по вызову не переведутся и самоубийства не прекратятся на нет. Разве количество блатных шансонье на порядок вспучится и шоу-эстрада обоймёт форматным сленгом приутихшую страну. Можно подумать, в попсе не сношаются, не пьют, не торчат и не мрут, наложив на себя руки, да и безо всякой музыки весь этот разврат преуспевает от самых начал. А поклонники Иванушек или Мумитроля, я думаю, побезумней будут Летовских фанов или Лукичёвских слушателей, да и помногочисленней, да и поглупее, может и поразвращеннее“.

Еще цитата из о. Лазаря и г. Светлова: сообщения, передаваемые в рок-н-ролле подсознательным образом, имеют такого рода содержание: всевозможные виды половых извращений, призыв к бунту против установленного порядка, побуждение к самоубийству, подстрекательство к насилию и убийству, посвящение Сатане.

Классно. Здесь спорить уже тяжело, как тяжело спорить со столь же неоспоримыми фактами, как то, что рок-н-ролл завезли залетные инопланетяне, что В. И. Ленин — это гриб (известная шутка-провокация Сергея Курехина). Мне не нравится лишь ЭТИЧЕСКИЙ ряд. Бунт против установленного порядка приравнен к половым извращениям и посвящению Сатане. А когда САМИ православные вышли с пикетами против репрессий нашего полицейского государства в отношении не принявших ИНН — они не бунтовали против установленного порядка? Или это тоже половые извращения и посвящение Сатане? Я думаю, бунтовали, и ничего плохого в этом нет, потому что не факт, что власть эта — власть Божья. Про то, что всякая власть от Бога — здесь цитировать неуместно. И власть Антихриста? В известном смысле, и она, ибо за грехи наши послана будет. Но не следует же из-за этого, что ей не следует противостоять. Весьма своеобразны „доказательства“ архимандрита Лазаря. Например, известно, что реальные сатанисты почитывают порой в неких своих обрядах Священное Писание задом наперед, полагая, что таким способом превращают его в равное по силе послание Сатаны. (Примитивная логика, которая подводит именно самих сатанистов, поскольку перевернутый ими с такой же целью крест является не чем-то дьявольским, а Петровским крестом, т. е. вполне христианским крестом в память об апостоле Петре, попросившем в своем смирении перед величием Христа распять его вверх ногами, дабы не уподобляться Сыну Божьему. Сатанисты не понимают, что Свет и Тьма абсолютно несоизмеримы по силе, поскольку одна из этих сил СОТВОРИЛА всё и может уничтожить всё Ей сотворенное, в том числе и Сатану в мгновение, не делая это из Своих ТАИНСТВЕННЫХ соображений, а вторая и есть лишь впавшая в гордыню часть СОТВОРЕННОГО, которой лишь пока попущено участвовать в становлении мира и Человека). Т. е. сатанисты переворачивают слова Священного Писания, дабы услышать сатанинское послание. Почему же о. Лазарь и подобные ему батюшки им уподобляются и переворачивают, что ни попадя, ища В ПЕРЕВЕРНУТОМ ВИДЕ послание Сатаны? По логике самих сатанистов это следовало бы делать, если тексты «Битлз» или «Лед Зеппелин» являлись бы Святым Писанием. А они на это, простите, не претендуют. И вот, как результат, какую реакцию вызывают мысли о „подсознательной передаче“ у просто-напросто РАЦИОНАЛИСТИЧЕСКИ настроенных молодых оппонентов-сатанистов на одном из сайтов. Обратите внимание, как легко неграмотная критика чего-либо превращается в антирекламу ВСЕГО, что стоит за критикующим:

Да, бедноватый репертуарчик… Я бы сказал, автор статьи собрал очень странную аудиотеку. Хотя, как мне кажется, он вообще ни одного рок альбома не прослушал. Что самое поразительное, вышеупомянутые сообщения слышат только сами священники. Ни один музыкант или посторонний слушатель о них ничего не говорил. Это наводит на размышления. Уж не рождаются ли вышеперечисленные пять пунктов сообщений у деятелей церкви в голове? Быть может, дьявол там? Так же очень интересен сам механизм передачи. Насколько я знаю, в официальной прессе его еще ни разу не освещали. Следовательно, он либо еще не разработан, тогда священники просто-напросто сочиняют, либо является засекреченным, тогда непонятно, откуда о нем вообще известно священникам. Впрочем, поясняется, что подсознательное сообщение — это фраза, записанная наоборот. Некие исследования (как и следовало ожидать, безо всяких ссылок) показали, что подсознание эти фразы улавливает. Однако, подсознание пока что вводится как абстрактное обозначение процессов, не контролируемых рассудком, иикаких методов узнать, что там улавливает подсознание нет. Полнейшим абсурдом является заявление, что подсознание может расшифровать фразу на языке неизвестном (!) слушающему. Это равносильно утверждению, что сведения обо всех языках заложены в подсознании! Но это же феноменальное открытие! Почему о нем никто не знает, кроме священников? Как звучит фраза, записанная наоборот, может без труда узнать любой обладатель программы работы со звуком, вроде SoundForge. Должен сказать, что похоже на какой-то язык, хотя и несколько странноватый. Однако, вписать записанную наоборот фразу в песню так, чтобы этого НИКТО не заметил, и все воспринимали ее только подсознательно, невозможно. Она обязательно была бы слышна и портила песню.

Наверное, в ответ мне будут гневно цитировать что-то типа Воробьевского. Ничего не имею против журнала «Русский дом» и „православных ужастиков“ от Воробьевского, но в данном случае логичнее было бы дискутирующим просто установить Sound Forge.

Интересно, как посчитал бы архимандрит Лазарь — он ПОМОГ придти этим ребятам к Церкви или ОТВРАТИЛ их от нее? Настолько же „благотворна“ запредельно простая классификация рока по арх. Лазарю:

1. Жесткий рок — здесь бит действует так, что возбуждает половые инстинкты — то ли это о тяжелом роке, но переводили по словарику, то ли редчайшие записи этого странного стиля есть только у арх. Лазаря.

2. Едкий рок — здесь бит воспринимается так, что улучшает реакцию нервной системы и мозга на различные галлюциногенные наркотики — безграмотный перевод словосочетания acid rock, но трактовочка… Я не буду пояснять людям, не интересующимся музыкой, что такое психоделический рок, поскольку им это и не надо. Любителям же рока не буду повторять знакомые им с детства вещи и дублировать многочисленные рок издания. Скажу одно — „определение“ о. Лазаря не имеет к реальности никакого отношения.

3. Дурной рок — сильно возбуждает инстинкты, связанные с насилием, убийством и бунтом — этого стиля кроме архимандрита Лазаря вообще больше никто не слышал. Хотя, возможно, это о качестве. Тогда хочется заметить, что бывают также дурные священники. Вообще во всем этом хамстве под видом пастырской заботы поражает физиологическая функциональность „классификации“, точно рок-записи продаются не в музыкальном магазине, а в аптеке. Вон, по Фрейду вообще всей человеческой культуре, включая религию, авторство приписано половому инстинкту. Так на то он, Фрейд этот, и масон из «Golden Dawn», сотоварищ по ложе сатаниста Алистера Кроули — редиска, нехороший человек, короче…

4. Сатанинский рок — начало этого направления было положено битлами, когда они выпустили в 1968 году свой дьявольский Белый альбом. Как я понял, «Битлз» — родоначальники black satanic metal — у меня комментарии по поводу этого „открытия“ отсутствуют. Поэтому уступаю слово „сатанистам“ (которые, кстати, как правило, терпеть не могут «Битлз» и защищают из хорошего и вполне христианского по природе чувства, присущей юным жажды справедливости, совсем чуждую им музыку). Здесь их комментарием любому по конфессиональной принадлежности, но знакомому с «Битлз» человеку также трудно возразить: альбом является пародийным и содержит порядка тридцати несерьезных песенок и одну пятнадцатиминутную шумовую композицию. Видно, в ней церковники и усматривают дьявольщину; композиция является смесью уличных и студийных шумов, а также отрывков фраз. Никаких упоминаний дьявола там нет, шумы всегда достаточно хорошо опознаваемы).

Кстати, не могу не задать еще вопрос: аналогичный список „стилей“ рок музыки — слово в слово — находится, как и целый ряд других упомянутых и не упомянутых здесь разоблачений, в книжке некого Н. Боголюбова «Тайные общества XX века» и в ряде других „просветительских“ опусов. Что, передирать слово в слово непроверенную информацию — это эффективный способ отстоять истину?


Еще цитатка из арх. Лазаря: примечательно, что все производители рок-н-ролла являются членами Сатанинской церкви.

Спасибо родному архимандриту Лазарю за то, что он своими могучими обобщениями „приласкал“ многих моих друзей, играющих рок и ходящих на Литургии. Тайные они, наверное, члены этой самой сатанинской церкви. И на исповеди, наверное, лгут, такие сякие. А, может, мы просто не знаем, что мы члены Сатанинской Церкви. Нас зазомбировали, запрограммировали и т. п. Короче, все, что остается, — погрузиться в эстетику романов ужасов. Непонятно только, что же это мы при принятии Пречистых Тайн в беснование не впадаем, да и таинство Соборования не пресекает в нас умение играть рок. Ремесло наше (мы не только слушаем, а еще и играем рок) в глазах арх. Лазаря оказалось грешнее труда презираемых фарисеями евангельских мытарей — он пишет: недопустимо думать, что можно все-таки христианину иногда кое-что слушать из такой музыки, выбирая более или менее „безобидное“, и тешить этим свой слух. Нет! Итак, даже самое „легкое“ увлечение православного христианина рок культурой есть измена своей вере, есть явное оскорбление своего Господа, удаление от Него, есть пагубная прелесть, общение с духами тьмы, заигрывание с сатаной!

Как видно из этого заявления, на нас грешных отец Лазарь поставил крест, причем наискось. Возникает ропот: по-христиански ли вот так-то „крест ставить“? И хочется привести высказывание протоиерея Иоанна Мейендорфа из его замечательной книги «Введение в святоотеческое богословие»: „Церковь, утрачивающая контакт с людьми, спасение которых есть ее миссия, отказывается от своей кафоличности, превращается в секту“. Отец Милеант в перечислении грехов, присущих всей рок музыке обобщает столь же отважно, так что не буду повторяться и приведу, как мне кажется, вполне разумный ответ оппонентов-„сатанистов“, которые здесь выступают в роли адвоката… нет, прочитаем их ответ непредвзято, — не дьявола все-таки, а просто любимой музыки: епископ Александр „забывает“ сказать, что в категорию „потенциально вредных альбомов“ попадает настолько ничтожная часть рок-движения, что ее даже обнаружить тяжело, если специально не разыскивать. К этой категории относятся группы, поющие о каннибализме, некро- и зоофилии, трупных червях и т. п. Их альбомы рассчитаны на очень узкий круг слушателей, и встретить их в продаже практически невозможно — продавец, вздумавший ими торговать, разорился бы. В процентном соотношении к общему числу групп „экстремалы“ составляют меньше 0,1 %. Так что, аргумент слабенький. Все равно, что отыскав журнал, демонстрирующий секс с лошадьми, потребовать запрета всех журналов вообще

Кстати, поскольку одна из самых любимых тем здесь — „перевернутые подсознательные сообщения“, нужно сказать, что в одном месте, увы, архимандрита Лазаря потянуло конкретизировать:

В песне группы «Битлз» под названием «Революция номер девять» на пластинке слышится запись слов: „Номер девять“, повторяемая двенадцать раз. Прослушивание этого места в обратном направлении дает фразу: „Доставь мне сексуальное наслаждение, мертвый человек“

„Номер девять“, по-английски — „number nine“, имеет фонетическую транскрипцию „намбэ найн“ — сколько это ни переворачивай, ничего кроме подобия слова «человек» и то не с той гласной («краткий а» вместо «открытого э», притом оба — в сильной ударной, нередуцированной, ЧЕТКО СЛЫШИМОЙ то есть позиции), что в английском меняет смысл, там нет. Если в других случаях можно было говорить о некомпетентности (да и то бесполезно, поскольку предубежденный „православный“ читатель отмахнется, вместо того, чтобы проверить САМОМУ информацию своего „авторитетного“ источника на „искусительном и бесовском“ критикуемом оригинале), то здесь архимандрит Лазарь ИМЕЛ ВОЗМОЖНОСТЬ И САМ ЛИЧНО перевернуть эти слова. Значит, если он это не сделал, налицо недобросовестность, а если сделал, — заведомая ложь. Хуже того — и каждый читатель может САМ ПРЯМО СЕЙЧАС эти слова перевернуть, так как „страшные“ слова названы КОНКРЕТНО. Тогда ему останется только верить отцу Лазарю и не верить своим глазам. Или сказать, что я придрался к одной фразе о. Лазаря. Нет, я „придрался“ к многим местам, просто здесь, именно в этом одном случае, доказательство почти не требует усилий стороны, которая их делать и марать праведные руки о грязную материю жизни не привыкла. Так же полезно креститься во избежание „глюков“ во время поиска дьявольщины при прослушивании «Лестницы на небеса» группы «Лед Зеппелин», да и во многих других случаях, в которых текстовый формат не позволяет предоставить перевернутые записи, как наглядные доказательства. Кстати, по ходу написания статьи всплыла вышеупомянутая мной книжка Н. Боголюбова, где священником Родионом тоже предлагается слушать рок музыку исключительно задом наперед и рассказывается байка про «номер девять». Зачем я только с фонетикой мудрил — оказывается — number nine переворачивается, как „turn me on, dead man“ — и священника Родиона не волнует, что два слога куда то делись, и что буквы на 80 % другие. Верую ибо абсурдно… Да, никто не отрицает — есть на рок-сцене и сатанисты типа «Дисайд» и сидящего в тюрьме лидера группы «Бурзум», похваляющегося числом подожженных им церквей. Есть там и пьяница Оззи Озборн, откусывавший в молодости головы цыплятам и другие одиозные придурки. Вообще есть сатанистские группы, а также коммунистические, христианские, нацистские, антинацистские и др. — представители многих идеологических течений и религий понимают, что рок листовка на их „тему“ — убедительная реклама. Но сваливать в одну кучу сатанистские группы с «битлами», «Дед Кэннедиз» и «Пинк Флойд» — занятие, подобное деятельности какого-нибудь агитатора-атеиста из коммунистической глубинки, для которого Серафим Саровский и «свидетель Иеговы» — одно и то же. (Зная „риторику“ оппонентов, рискую предположить, что сейчас меня обвинят, в том, что я якобы сравнивал Серафима Саровского и «Битлз». Читайте внимательно — видит Бог — я этого не делал). Геббельс говорил: чтобы лжи поверили, она должна быть чудовищной. Эта цитата вспоминается по ходу чтения дальнейших изысков архимандрита Лазаря (хотя здесь он, возможно, вновь воспользовался непроверенной ахинеей из американских протестантских источников):

650 молодых людей погибло во время одного из концертов в Лос-Анджелесе. Поскольку холодильники морга были уже заполнены, то тела 650 жертв рока были размещены по обеим сторонам коридоров, ужасный запах смерти наполнял здание, тела не могли быть опознаны, так как молодые люди эти в основном были из покинувших родительские дома.

Вариант от свящ. Родиона: в 1965 году на концерте «Битлз» в США убито и задавлено насмерть 100 человек, а в 1981 году на концерте «Зе Ху» в США убито 11 и ранено 42 человека

Короче, страшно, аж жуть… Милые, в такой тепличной стране, как США, когда на концерте «Роллинг Стоунз», действительно заигрывавших тогда с оккультизмом и бесовщиной, убили в 1969 году охранники сцены ОДНОГО ЧЕЛОВЕКА, 18-летнего Мередита Хантера, группа находилась на грани запрета. И, кстати, в серьезном внутреннем кризисе — совесть ребят заела, когда они поняли, что зарвались. Не было таинственного „концерта в Лос-Анджелесе“, иначе б это было любимой темой „свободной“ желтой прессы лет на пятьдесят. И страшного „концерта «Битлз» в 1965 году“ тоже не было, уж в этом случае падкие на „кумиров“ журналисты описали любовно каждую выкуренную «битлами» сигарету и каждую пуговицу каждого их концертного костюма — не упустили бы они такого шикарного повода поскрипеть перьями, да и «Битлз» группа менее агрессивная, нежели «Роллинг Стоунз». И поклонники «The Who» в 1981 году были почтенными лысоватыми семьянинами „за сорок“, так что я склонен в такой же степени верить, скажем, сообщению о подобном числе жертв на концерте в честь тридцатилетия «Машины времени». На каких-то огромных стадионных концертах единичные жертвы в давке наверняка были. Что связано не со „страшным роком“, а с тем что в огромном количестве собираются нетрезвые люди. На Ходынском поле в 1896 году не было рок-концерта. Но погибло свыше 1300 человек и столько же было ранено. Единственный известный мне рок-концерт описанного архимандритом размаха произвела рок-группа «Боинги» 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке. Когда ехидные сатанисты на чате попросили дать ссылку на дату и место проведения таинственного концерта, в доску мыслящие „православные“ издевки не заметили и сразу цыкнули: „что Ты у нас-то ссылочку спрашиваешь? Ради красного словца? Напиши архимандриту Лазарю письмо, он тебе и укажет ссылочку“. Ни чувство юмора, ни желание задуматься, а чего это они, враги, так упрямо спорят, подобному типажу „православных“, судя по всему, не присуще. Все и так заранее ясно. Лазарь прав, потому что он архимандрит. Сатанисты лгут и изворачиваются, потому что они сатанисты. Был я как-то свидетелем того, как милиция разгоняла в губернском городе N пикет патриотической молодежи („экстремистов“ то есть) против инертного безразличия правительства России в отношении преследований в Прибалтике русских ветеранов 2-й мировой войны фактически за то, что те сражались с фашистами с оружием в руках. Попытку воззвать к исторической памяти и совести милиционеры пресекли фразой „Зачем вы это нам говорите. Толкуйте это нашему начальству. У нас есть жалоба — вы нарушаете… И т. д.“. К чему это я? Да так… Комично выглядит мина авторитетности, если ее носитель с разбираемым „предметом“ просто напросто не знаком. И становится грустно и обидно, когда комично выглядит защитник того, что ДЕЙСТВИТЕЛЬНО является подлинной горней высотой. И даже частично верные доводы (я, к примеру, сильно сомневаюсь равно в духовной и музыкальной ценности death metal, grind core и многого другого в рок музыке) нельзя доказывать некорректными методами и непроверенными слухами.

Предвижу горячие ответы. Мне припомнят, что Джимми Пейдж интересовался кроулианством и даже купил замок, принадлежавший некогда этому оккультисту. Мне скажут, что плохое дерево не приносит хороших плодов, не вспомнив, что эту истину проверяют именно по плодам. Да много чего скажут. Наш мир забит до отказа оккультными теориями. Сатана действует. Оккультизмом, увы, увлекаются музыканты, врачи, учителя, журналисты, порой и священнослужители, к сожалению, даже. Но из-за того, что кто-то пишет оккультные учебники по валеологии, не возникает у нас идея закрыть школы. Сделав так, мы только поможем Тьме победить. И если какие-то рок музыканты пачкали душу оккультными теориями и практиками, то музыка родилась вопреки этому, а не благодаря этому, хорошая музыка, по крайней мере, да и Моцарт, кстати, состоял в масонской ложе. И сфера оценок, где мы делим музыку на хорошую и плохую, так тонка и опасна. Туда под видом Духа Святого или благих намерений могут пролезть те самые наши вкусы, о которых так не советовали спорить древние, наши страхи с предрассудками и наша жажда чувства собственной правоты. И вполне рогатые носители всех этих чувств — как всегда, естественно, под видом ангелов Света. Нельзя сравнивать рок музыку с духовными песнопениями — она продолжение НАРОДНОЙ музыки, где есть „драйв“ задорной пляски, воодушевленная агрессия песни, с которой идут солдаты на войну, и вся гамма чувств, присущих земной человеческой любви. На земле не только стоят на Литургии, но и строят дома, пишут стихи, летают с нее, грешной, в космос, защищают Родину и играют на гитаре. И чтоб не потеряться в земном шуме и земной суете человеку земному нужно, главное, не забывать обращать взор на небо.

Почему собственно, и освящаются обрядами и благословениями Церкви земные дела, если это не подлые дела. И совсем не факт для меня, что, как декларируется на встреченных мной чатах, человек, который любит рок музыку, никогда не слушает валаамских монахов, и наоборот. Я знаю много молодых священников, которые порой слушают любимые рок песни, или какие-либо иные песни земли. И это не нерадивые священники. Они достойно живут и достойно служат Господу на Литургиях. Естественно, они не слушают «Битлз» в Страстную Седмицу, ибо всему свое время.

Пастырь в отличие от монаха-пустынника, простившегося с землей навсегда, обращен во время великого Таинства Исповеди лицом к человеку мирскому и принесшему подлость свою человеческую, грязь свою и грех свой, чтоб проститься с ними и сжечь их в пламени Божьего суда и прощения. Но чтобы исповедь была подлинной встречей Отца и блудного сына, мирянин должен радостно и трепетно и, главное, с уверенностью в понимании принести не только список грехов, но всю свою, открытую Господу и священнику, душу. Не зря же Господь облек таинственный акт примирения Бога и человека в форму разговора двух людей, в ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ и ЧЕЛОВЕЧНЫЙ разговор. Это Таинство двуедино: встречается Пастырь и овца, вернувшаяся в стадо, т. е. Бог и верующий, и встречаются Человек и Человек, в чем осуществляются две столь же двуединые великие заповеди любви. Слепая же „любовь“, т. е. любовь без понимания, любовью не является, а лишь именуется. И священник потому не имеет права забыть, как выглядит и чем дышит земля во всей сложности и многокрасочности на ней происходящего, чтобы достойно исполнить вечную заповедь любого врачующего — «Не навреди». И помнить, что Господь посулил фарисеям и книжникам участь худшую, нежели мытарям и блудницам, потому что они, книжники и фарисеи, не вынесли искушения властью — духовная власть, спекулирующая человеческими страхами и не озабоченная проблемами СВОЕЙ совести, когда она берется судить — на деле не духовная, а самая обычная земная власть — власть „по ведомству“ Кесаря.

„Время колокольчиков“ в свете церковного суда

Проблема предубежденного отношения многих представителей Православной Церкви к рок-музыке не смягчается и в случае дискуссий о Русском Роке. Речь здесь идет не о русскоязычном бездумном и конформистском бритпопе, которым глянцевые буржуазные журналы и канал МТВ пытаются воспитать „Поколение ПЕПСИ“. Я говорю здесь о той части рок-исполнителей, которые органично впитали в себя нравственный и даже мессианский пафос русской культуры «мальчиков, обдумывающих житье» и русской литературы. Вспоминаются имена Александра Башлачева, сибиряков Янки, Романа Неумоева, «Теплой Трассы», Александра Подорожного, вообще людей, сплотившихся в конце 80-х вокруг склонной к организаторству «Гражданской Обороны». С другой стороны, не объяснить, хотя это часто делается, того же Гребенщикова только западными текстовыми традициями. И это также на полных правах РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА, как и, к примеру, абсолютно самобытный пролетевший светлой звездой на мрачном небе русской действительности эпохи распада всего, Веня Дркин.

Далее можно вспомнить здесь (я, естественно, субъективен и не претендую «объять море») «Соломенных Енотов», можно Максима Крижевского, можно «Калинов мост», можно Ермена Ержанова «Анти»… Можно вспомнить многих других — еще раз говорю, нельзя объять море, тем более не мертвое древнее море, от которого остались ракушки и окаменелости, а ныне бьющее волнами своими берега обыденности. Не стоит забывать и еще одну стихию русской жизни — ту, что именуется «авторской песней», где, если откинуть большинство «творений» на тему лыжных палок и изгиба гитары желтого цвета, так же, как откинуть в русской рок-музыке бездарное эпигонское большинство (а бездарность и эпигонство — всегда в большинстве, что вовсе не трагично и ничего не определяет), мы встречаемся с той же русской поэзией, почему и границы между «роком» и «авторской песней» здесь призрачны. Хотя некий общий камертон, „планка“, так сказать, рока был(а) поставлен(а) изначально выше «бардов» уже в питерской рок-культуре, как верно заметил иеромонах Григорий (Лурье) в статье «Смерть и самоубийство, как фундаментальные концепции русской рок-культуры», причем, как на „техническом“ уровне, так и на „уровне“ мировоззренческой целостности, т.е. требования единства слова и жизни. Выразилось это, в частности, как было иеромонахом Григорием столь же верно замечено (пересказываю своими словами), и в том, что романтический «второй мир» у «кспшников» реализовывался „в свободное от работы время“, «рокеры» же порвали с этим шизоидальным „способом бытия“ радикальным образом, уйдя в «дворники и сторожа».

Далее иеромонах Григорий обратил внимание на четко урбанистическое уже у Майка «место обитания» автора и его лирического героя, и романтическое этого урбанистической реальности неприятие ради „чего-то такого“. И на то, что весь этот вялый романтизм сменился с конца 80х, после того, как „тон“ стали задавать не московские и питерские музыканты, а «сибиряки» на НЕЧТО СОВСЕМ ИНОЕ. Цитирую о. Григория: Именно в этот исторический момент „рок-н-ролл“ (как его тогда называли) 80-х, вполне определенно привязанный к известной музыкальной традиции, сменился так называемым „русским роком“, способным поглощать и переваривать любые музыкальные стили. Сам факт этой трансформации свидетельствовал о том, что рок уже сложился и осознал сам себя как явление, лежащее не в области музыки, а в области мировоззрения. Никакого особенного „рокерского мировоззрения“, естественно, не возникло — рокеры оставались носителями разных мировоззрений, — но было осознано наличие какой-то общей мировоззренческой платформы, на которой каждый затем уже строил свое.

И чуть позже: уже просматривалась перспектива создания квазирелигиозных движений…

Расхождения с позицией иеромонаха Григория для меня начинаются где-то с этого места его статьи. Потому что именно здесь у него выстраивается окончательно тезис, вставший в заглавие его статьи, и означенный им так: Именно „рокерское“ отношение к действительности требовало всецелого предания себя главной цели в жизни, но то же самое отношение к действительности не допускало наличия достойной цели жизни в самой действительности. Выброс из действительности был запрограммирован, но других методов, кроме тривиального самоубийства, никто пока что не изобрел.

Хочется задраться и спросить: если чуть выше о. Григорием утверждалось: собственно русский рок — тот, что родился в «Зоопарке» и в «Аквариуме», — начинался как „нормальная“ русская поэзия, а не сильно облегченный ее вариант, существовавший в культуре так называемой „самодеятельной песни“ — не оформилось ли в «сибирском роке» радикально глубже самосознание его именно в качестве русской поэзии. И спросить еще: является ли для поэта отсутствие социальной ниши, тем не менее, отсутствием „наличия достойной цели жизни“, напомнив, что в предыдущем идеологическом концепте, т. е. при «коммунизме», к примеру, ТОЧНО ТАКОЕ ЖЕ ОБВИНЕНИЕ, т. е. в отсутствии „наличия достойной цели жизни“, могло прозвучать и в адрес священника — он тоже, вроде как, „молотком не машет, хлеб не растит“.


В данном контексте придется касаться более глобальных и сложных проблем, нежели обсуждавшиеся выше, т. е. проблем порядка «русская культура и Церковь» и «русская интеллигенция и Церковь». Эти проблемы рассмотрены „обеими сторонами“ (хотя, как ни крути, все разделения на „обе стороны“ кроме одной единственной — Бог и Князь мира сего — придумал явно не Бог) гораздо обстоятельнее, хотя и там не обходится без „перлов“. Количество русофобских „откровений“ космополитической прогрессистской интеллигенции здесь запредельно, но автор этой статьи купаться в этом грязноватом водоеме не призывает. Отмахнусь от подозрений в причастности к последней собственными строчками, которые привожу не потому, что полагаю их замечательными такими, а лишь, поскольку спорить собираюсь с некоторыми мнениями другой стороны, предвижу скоропалительные причисления меня к тем людям, которые мне не приятны, и строчки эти ОДНОЗНАЧНО выражают мое к ним отношение:

Новое Средневековье открывает печи
Для мисс „интеллигенции“, что билась за прогресс.
В благодарность за ея чаянья и речи
Сэр „Прогресс“ костер ей сложит — сам — дымом до небес.
Есть божок у ней — культура — „тонкая прослойка“,
Жить с ней, в общем то „по кайфу“ — помирать вот — нет
То «закаты над Европой», а то, блин, перестройки.
И „вечный Геббельс“ на нее точит пистолет.


Со стороны Церкви проблематика «Церковь — культура» исследована, в целом, вполне корректно, хотя и тут бывают „откровения“. Если, к примеру, архимандрит Рафаил (Карелин) с высот монашеского аскетизма в работе «Скрытый демонизм» безапелляционно „приговаривает“ всё мирское человеческое творчество к вечному заключению в адских безднах, сваливая в одну кучу без разбора масона Фрейда и Ф. М. Достоевского, то, дабы это читалось более-менее убедительно, ему всё же не следовало бы допускать неточности, за которые можно схлопотать „двойку“ по философии уже на первом курсе среднего гуманитарного факультета — например, выдавать за проблематику экзистенциализма вообще воззрения лишь малой его части — атеистического экзистенциализма и т. п. Вообще, труды архимандрита Рафаила очень серьезно претендуют на интеллектуальность, пересыпаны цитатами, но настораживает лишенная всех иных цветов черно-белая картина мира — вот, к примеру: „в литературе можно различить разные степени и уровни концентрации демонизма — от скрытых до бесстыдно обнаженных — но альтернативы ему здесь нет“. Природа человека вообще поражена первородным грехом, и никто из нас, грешных, не лишен „разных степеней и уровней концентрации демонизма“ — но не факт, что от этих „степеней и уровней“ обеззаражены до полной стерильности тексты всех книг, изданных с благословения иерархов Церкви, продающихся в церковной лавке и претендующих на анализ с точки зрения Предания Церкви современной жизни. Предание свято, это понятно, но гарантированно ли не искажен ВЗГЛЯД человека на жизнь, даже если тот анализирует ее при помощи Предания, застрахован ли этот человек от человеческих грехов, в частности, от гордыни и осуждения? Это, впрочем, не является темой этой статьи, тем более, что, еще раз говорю, пастырями Православной Церкви написано множество умных и корректных трудов о творчестве, как, к примеру, лежащие у меня перед глазами книги «Православный взгляд на творчество» священника Михаила (Труханова) и «Свет и тьма в искусстве» игумена Антония (Логинова).

Нерешенность и даже невозможность ОДНОЗНАЧНОГО решения вопроса ОПРАВДАННОСТИ и СМЫСЛА творчества в свете Христианства будоражила умы равно русской творческой интеллигенции и Церкви. Именно поиск решения этого вопроса в катастрофических и даже апокалиптических предчувствиях начала XX века составлял основной пафос мысли эпохи Достоевского и Серебряного Века. Вся религиозная философия того времени — от полного апокалиптического страха „крайне правого ортодокса“ Леонтьева через экзистенциалистского Достоевского, искавшего Софию С. Булгакова, экспериментировавшего в проблематике «священство — мир» Мережковского, иррационалиста Шестова, а также склонного к богословию М. Экхарта, не нашедшего в синодальном Православии адекватного времени решения проблемы свободы творчества и впавшего в ересь „отдельности свободы от Бога“ Бердяева и экумениста Соловьева до совсем в нехристианском ключе решавших эту проблему Сологуба, Брюсова, Белого и впадавших в осуждение Церкви Толстого и Розанова — вся она искала ответа на этот вопрос. Впадала во всевозможные ереси, но ожесточенно пыталась решить снова и снова. Что, это была массовая эпидемия впадения по гордыне в грех „составления своего ума“? Наверное, все-таки синодальное „юридическое“ богословие, сильно искаженное католическими стереотипами, не давало ответа на слишком большое число „проклятых“ вопросов. И был налицо кризис. Вообще, богоборческая революция не могла случиться лишь благодаря деятельности максимум четырехзначного числа революционеров-инородцев из запломбированных вагонов и омасонивания верхних слоев общества. Мне здесь не интересны социальные причины революции 17 года, мне интересны причины именно ее атеистического пафоса. Естественно, в таком безмерном вопросе не только одного, но и десятков ответов не хватит, чтобы назвать все причины. Назову две, как мне кажется, актуальные здесь. Мне кажется, во-первых, это была огромная подчиненность Церкви государству, слияние с ним Ее земных структур и сопутствовавшее этому ослабление богословской мысли в церковных стенах. Аналогичная ситуация с богословием была в поздней Византии, где огосударствление церковной жизни привело к тому, что в атмосфере казенщины богословская мысль еле тлела, точнее, жила только в монастырях. В 1438 году такое положение вещей привело Константинополь к Флорентийской унии с католиками, а в 1453 году последовала Божья кара — Константинополь пал под натиском агарян. (Детально такой взгляд на причины краха II Рима описан в книге протоиерея Александра Шмемана «Исторические пути Православия»). Во-вторых, ситуация в предреволюционной России осложнялась тем, что под фасадом традиционного сословного общества и прикрытием авторитета Церкви расцветал враждебный духу Православия и русской цивилизации либеральный капитализм. Сейчас уже понятно, что „экономическая“ основа сверхгосударства Антихриста будет именно ЛИБЕРАЛЬНО-ТОРГОВОЙ. Либерализм это не только „рынок“ и не только „свобода печати“, это тотальная идея мира, где ничего не имеет абсолютной ценности, вообще никакой ценности, кроме той, что установит вещи ее денежный эквивалент. Это идея мира, который, увы, побеждает сейчас в России и при «втором пришествии» на нашу Родину которого русский рок-поэт Янка одним росчерком обозначила удел поэта, т. е. человека, в русской поэтической традиции плотно связанного с образом пророка — в этом „дивном новом мире“ — „КОММЕРЧЕСКИ УСПЕШНО ПРИНАРОДНО ПОДЫХАТЬ“ и „ПРОДАНА ЖИЗНЬ МОЯ (вар. БОЛЬ МОЯ, вар. СМЕРТЬ моя)“. Для поэта, уделом которого в истории чаще была социальная неустроенность, трагичен не факт личной нищеты, а то, что его слово не было услышано людьми, или смысл его закрылся шумом „славы“ и „коммерческой успешности“. И еще страшней ему чувствовать „на своей шкуре“ ветер наползающей эпохи, когда СЛОВО ВООБЩЕ НИЧЕГО НЕ СМОЖЕТ СДЕЛАТЬ, потому что ценники «шоу бизнеса» и цинизм глума постмодернизма и газет слово обесценили, в чем сбылись слова Ницше о том, что настанет время, когда само слово „Дух“ будет обозначать „грязь“. Россия, в которой измученная „проклятыми вопросами“ литература Серебряного Века бросалась от ереси к ереси, была не лубочным и благополучным сословным государством, рисуемым нынче преуспевающим режиссером Михалковым, а миром, где вишневый сад рубил новоявленный „хозяин при деньгах“ Лопахин, Родион Раскольников бродил по аду Петербурга, где властвовала старушка-процентщица и стояли дети на панелях, даже Леша Карамазов в разговоре с Иваном произнес — „расстрелять“, а бесы из рассказа Л. Андреева «Правила Добра» с хохотом читали записи изображённого не православным лишь по цензурным соображениям доброго священника. Притом русская литература осветила именно надсоциальный и демонический апокалиптический отсвет царства денег — язык не повернется назвать пафос «Преступления и наказания» социальным. Это было дыхание преддверия того самого ада, который ДОЛЖЕН ПОБЕДИТЬ В КОНЦЕ МИРА. Ненадолго победить. У Достоевского хватило мудрой глубины и аристократизма остаться на стороне Православия, хотя уж кто-кто, а он видел, что за мир расцветает адовым цветом в „православной“ России. У большинства его героев, пошедших на баррикады, мудрости не хватило — инстинктивное чувство неподлинности русского мира дополнили антихристианские и атеистические масонские теории. Церковь же боролась ТОЛЬКО с бунтовщиками и, повторив беду церкви II Рима, не была в состоянии и не имела возможности давать АДЕКВАТНУЮ оценку происходящего с тем миром, против которого бунтовали бунтовщики. Не ее тут вина, тут беда ее, к которой приложили руку и раскол, и абсолютизация царской власти после отстранения Никона, и петровские реформы и многое другое. Что было после, мы знаем…


Иеромонах Григорий (Лурье) обозначил основную концепцию «сибирского панк-рока», из которого упомянул «Гражданскую оборону», Янку Дягилеву, Черного Лукича, Романа Неумоева, как «смерть и самоубийство». Цитат для подтверждения такой концепции, особенно у Егора Летова, предостаточно. Для других концепций — тоже цитат хватит. Как мне кажется, о. Григорием преувеличена САМОЦЕННОСТЬ идеи смерти в строе мышления «сибиряков». Во-вторых, его статья охватывает в цитировании не весь период развития мировоззрения представителей «сибирского панка», а лишь пору ее незрелости. Не только религиозные взгляды, на что о. Григорий указал, но и судьбы, в том числе и судьбы мысли участников этого нонконформистского „проекта“ очень различны. Даже самый главный „теоретик суицида“ Егор Летов, выдававший в 1987 году строчки „суицид — пусть будет легко“ и там же — „истекая слюною, всем нравится жить — все дальше и ниже и хуже и гаже — НАМ ТАК ПОВЕЗЛО“ — в 1990 году поет „палка перегнулась — я буду жить долго“. А через три года, когда ельцинские танки расстреляли защитников конституции нашей страны, ударяется не в проповедь поверки честности слова смертью, а в политические проекты: поддерживает крайних коммунистов, крайних националистов и синтезировавших эти крайности в единый оккультный антилиберальный проект национал-большевиков. Вообще искушение идеями тоталитарного «Города Солнца» у достоевских мальчиков эпохи „второго пришествия“ капитализма было. Искусителем здесь поработал один из интереснейших мыслителей посткоммунистической России одновременно евразиец, постгенонист-традиционалист, „теоретик консервативной революции и национал-большевизма“ и т. д. и т. п. А. Г. Дугин, который, упрекая исторический коммунизм и фашизм в недостатке последовательности и тотальности и предполагая отправить в „крестовый поход“ „безголовых ацефалов, носителей креста, серпа и молота, коронованных свастикой солнца“ явно пытался опереться на наследие интеллигенции Серебряного Века (см. его статью «L'Age d'Argent ou l'Age Mordore»), хотя построение Города Солнца по нему же предполагало ее уничтожение (см. журнал «Элементы» № 3 «Аутодафе интеллигенции расчистит путь элите»). Начитанный и талантливый Дугин поднял целые пласты неизвестных в России нелиберальных идей, что, учитывая тошнотворную интеллектуальную дремучесть нашей политической оппозиции, было ярко и увлекало — практически все названные мной сибирские и близкие им по духу несибирские рок-авторы какое-то время находились в сфере интеллектуального поля «Арктогеи». Характерно, что пресловутая „суицидальность“ а, по сути, жертвенный пафос мифологии „рокеров“ проявился и здесь: Летов говорил о росте ЦЕНЫ сказанного слова при тоталитаризме, поскольку там оно опасно для жизни говорящего (интервью «200 лет одиночества» в «Контркультуре» № 3), и о том, что не сомневается что их, рок музыкантов пассионариев при приходе к власти ими же приведенного антилиберального народного режима расстреляют в числе самых первых. Пример из егоровских интервью тех лет: Если уж в 85-м году за мои слова меня в психушку сажали, Кузьму, нашего гитариста, на Байконур сослали — значит, стоило слово чего-то. Значит, живое было слово. И нас слушали, и понимали. Сейчас, в результате перестройки, понятие свободы слова у нас нивелировалось, как и на Западе, до положения болтовни. Произошла нивелировка всех ценностей. Это — ужас, это — состояние, какое предшествует глобальным природным катаклизмам — так было и перед потопом. Дугин & К щедро подпитывали этот порыв теориями „человека восстания“, осуществлявшего, в противовес ждущим конкретных земных результатов „революционерам“ в преодолении Отчуждения Системы „алхимическое делание“. И про творчество Летова Дугин писал (А. Г. Дугин «Егор Летов: работа в черном») в той же „алхимической“ терминологии, хотя, если выкинем весь западноевропейский оккультный вокабуляр, мы встретим там все же более, на порядок более глубокое понимание его творчества, нежели его трактовка у о. Григория. К песням Летова этого периода, комментарии о. Григория уже четко неадекватны: вряд ли „резиновые трамвайчики“ и психоделические „лимонные тропинки“ летовской «Офелии», например, говорят о „восстановлении природной гармонии при помощи самоубийства“, скорее отсылают к пропагандировавшемуся «Арктогеей» алхимическому роману австрийского писателя Г. Майринка «Белый Доминиканец», как и некоторые другие строчки альбома «Сто лет одиночества». Искушение идеалом тотальным под видом народного вместо личностного, экзистенциального, как и искушение, о котором говорит о. Григорий, было в большинстве своем рок-поэтами преодолено. К примеру, Роман Неумоев, автор песен «НЕПРЕРЫВНЫЙ СУИЦИД» и «РОДИНА СМЕРТЬ», в последней из которых ясно дается антитеза, в которой становится ясно, почему для Неумоева Родина — именно смерть: „Кто быстрее, тот и «прав», кто чернее, тот и «жив», кто остался, тот и «свят» — неужели так и надо, так и будем жить?“, „что не до смерти, то ложь“и „смерть — это место встречи тех, кто бежал босиком по алмазной ржи“ — ясно сделал своим выбором Православие, а также был создателем политического рок движения «Русский прорыв». Сейчас, как мне кажется, Роман дальше от чреватой искушениями КОНКРЕТНОЙ политики (что не является синонимом отказа от политической позиции), но даже в недавнем интервью из стен монастыря ответил, что антитеза «Православие или смерть», выдвинутая о. Григорием в конце статьи о Русском Роке, как единственный выбор между Православием и Русским Роком, тем не менее, не является лозунгом Московской Патриархии (мне хочется добавить — также и загадочной интеллигентско-раскольничей «российской православной церкви», клириком которой является о. Григорий), а с другой стороны, поскольку для верующего ясно, что Жизнь — лишь во Христе, антитезу о. Григория можно расширить до простой «Жизнь или смерть», а это проблема, выходящая за конфессиональные рамки. „Это, — сказал Роман Неумоев, как не крути, проблема ОБЩЕЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ. В будущем же, о котором Господь сказал: «Когда приду во второй раз, вряд ли обрету веру на Земле», и тем паче“. Появившаяся чуть позже описанных о. Григорием событий барнаульская «Теплая Трасса», певшая в частности, „Только как не крути, остаются в живых только те, кто убит за свою непокорность, на вселенской войне, на коленях своих, принимая вину за живущую подлость“и „умри за жизнь, и небосвод склонится пред тобой“ (здесь ясно обозначено, ЧТО ЗА смерть имеется в виду, и ЗА ЧТО эта смерть принимается), неоднократно и однозначно говорит о своей православной позиции. Интересно, что героическая и жертвенная позиция, предложенная в текстах «ТТ», как и позиция, излагаемая в творчестве Неумоева, выражается не в терминологии церковного прихода, а в масштабе ОБЩЕЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНОГО ИМПЕРАТИВА. То есть вопрос того, как Христос в человечестве своем ИСПОЛНИЛ ЗАКОН БОЖИЙ — углублением и дополнением его в Учении Нового Завета или своей ЖИЗНЬЮ И КРЕСТНОЙ СМЕРТЬЮ И ВОСКРЕШЕНИЕМ В КАЧЕСТВЕ БОГОЧЕЛОВЕКА, решался рок поэзией, с мощнейшим, пусть и несколько романтическим акцентом на втором из названных „ответов“. Естественно, это просто требование экзистенциального единства слова и жизни. На самом деле в личности Христа невозможно разделить Его жизнь и Его учение, но там, где Христианство, пусть даже Православие, становится официальным „имиджем“ государственной системы, катастрофически растет размах использования соответствующей „терминологии“ как внецерковными людьми, так и обрядоверцами. Божиться и говорить о Святой Церкви и Царствии Небесном наши чиновники, СМИ и „блатные барды“ учатся бойко, и по ходу „возрождения России“ будут говорить еще бойче (Как вам „Кольщик наколи мне купола, рядом чудотворный крест с иконами, чтоб играли там колокола с переливами и перезвонами“ М. Круга? Благочестиво, не правда ли?). Мы живем в призрачном мире, где президент Ельцин ездит в паломничество в Иерусалим (дело не в том, что ездит — дорога покаяния всем открыта, а в том, что из этого делается всемирное шоу, и в том, что „паломничество“ человека, стоявшего во главе системы, доведшей большую часть страны до запредельной нищеты и уничтожившей почти все ее социальные институты, происходит не в рубище и с посохом, а с роскошью в ситуации, когда в России сотнями спят беспризорные дети на вокзалах, непорядочной, прежде всего, перед Господом), а на службу в Храм Христа Спасителя вопреки всем канонам Церкви могут не пустить охранники, поскольку там позируют телевидению со свечками власть предержащие в честь очередной „предвыборной кампании“. Мы живем в рациональном мире, где все оценено и поставлено под контроль налоговой, но в киосках в одном ряду висят иконы Божьей Матери и желтая пресса, а набожный с виду чиновник без зазрения совести отключает свет в больнице. Из скудного ассортимента человеческих грехов у каждого времени есть стержневой, определяющий — и сейчас это ЛОЖЬ или ФАЛЬШЬ, которая старается именем Божьим оправдать все подлые дела на Земле. Не потому что, раньше „в добрые старые времена“ не лгали. Потому, что либеральная постиндустриальная цивилизация, в которую Россия пытается вписаться, в первую очередь, цивилизация информационная. В США, к примеру, порядка 90 % продукции (в денежном эквиваленте) — это информация. И постмодернизм здесь — не стиль искусства и даже не эпоха — это неотъемлемое свойство такой цивилизации. Естественно, что созданные в исчезнувшей давно с лица земли почвенной аграрной России „третьеримские“ лозунги типа уваровской триады и подобная архаика, столь любимая Церковью „работает“ здесь совсем НЕ ТАК и «НЕ НА ТЕХ». Мне почему-то вспомнился столь же любимый молодежью и столь же ненавидимый одиозной частью священства, как и рок, Виктор Пелевин. Уверен, что квазибуддистский флер его романов, который с ужасом воспринимается нашей „православно-патриотической“ публикой, как „пропаганда оккультизма“, не относится к роду чего-то подобного, а просто провокативно отражает состояние мозгов человека, находящегося в центре призрачной „майи“ неживой геометрии многоэтажных бетонных коробок, постоянно лезущих в душу и пытающихся ее „перепрограммировать“ на свой лад товарных и политических реклам и трактующих, как черту угодно историю, религию и мораль „телесновидений“. Совет уехать в дальнюю деревню поближе к природе или просто уйти в монастырь, понятно, не для всех выполним. Здесь же достаточно поверить, просто поверить порой, что хоть что-то из бесконечно мелькающего рекламного видеоряда ЕСТЬ, чтобы попасться в хищные лапы дьявола. Конечно, „видения“ информационного мира апеллируют к страстям и схема „захвата“ Врагом здесь традиционна, но ведь есть еще и от Бога данное свойство верить своим глазам и ушам — а „технология лжи“ в условиях информационного сверхпрессинга и лукавых технологий психологических манипуляций настолько сильна, что оставаться человеком теперь в чем-то гораздо сложнее. Стало опасней верить даже хорошим и правильным словам в мире, где помпезно озвученное соответствующей музыкой изображение иконы «Неопалимой купины» может предшествовать рекламе страховки от пожара, а евангельская цитата — служить частью предвыборного слогана. Призрачность «общества Спектакля», описанного Ги Дебором имеет свое метафизическое измерение — лицедейство, „имидж“ становится необходимым условием присутствия в обществе. Философ Сергей Корнев в статье о Пелевине «Блюстители дихотомий» в журнале «Иначе» № 3 (цитировать оттуда „по теме“ пришлось бы долго — лучше поищите в Сети и прочтите целиком) после обсуждения пелевинских „буддистских штучек“ и ряда других проблем неприятия его творчества „консерваторами“ приходит к выводу: болевые точки у Пелевина — те же самые, что и у русских классиков, разве что упакованы они несколько по иному, применительно к другой культурной среде. Единственное, что возражу (не замечательному русскому писателю Пелевину, а предлагающим модернизировать „ветхое“ православие) — призрачный мир технократической постмодернистской цивилизации помогает объяснить и понять не только буддистский термин «майя», но и святоотеческие толкования на Апокалипсис Иоанна Богослова.

Как поется на эту тему у А. Подорожного:

Города, города, города
Вы убили всех с Богом людей
Одинаковые города
На убитой словами Земле.


И серьезной проблемой „последних времен“ является, как донести не превратившееся в кривых зеркалах „общественных мнений“ и „имиджей“ в перевертыш ЖИВОЕ СЛОВО до человека. Глубоко воцерковленному — пути свободы и спасения Церковью означены. А невоцерковленному? Или „слегка воцерковленному“ обрядоверцу, что для нашей „православной“ России становится грустной нормой, может быть, иногда худшей, чем не сделанный еще религиозный выбор? Вариантов для духовной гибели у человека внутри церковных стен не меньше, чем вовне их — чем дальше идешь в гору, тем тяжелей идти, почему и является „избитой“ православной истиной, что искушений этих в монастыре на порядок больше, а в высшем подвиге христианина — Великой Схиме — еще и поболе того. И опасней всего из „слегка воцерковленных“ жить тем, кто уверен, что соприкосновение с религией в качестве Корабля спасения для них — комфортабельный лайнер с гарантиями и страховками на „жизнь вечную“. И „неучастие в делах Тьмы“ — в усвоении вербального и жестуального языка церковного прихода при затыкании ушей, когда слышишь любой иной. „Православность“ в таком случае базируется не на вере, а на неком „религиозном чувстве“, описанным протоиереем Александром Шмеманом в упомянутой уже книге о Евхаристии: „религиозное чувство легко принимает разрыв между религией и жизнью и благополучно уживается с идеями, убеждениями, иногда целым мировоззрением, не только чуждыми христианству, но зачастую ему противоречащими… в православном его варианте оно выражается преимущественно в утробной привязанности к обрядам, обычаям, традициям, ко всем внешним формам церковной жизни… Это — консерватизм формы, но только без отнесения ее к ее содержанию, т. е. вере“ Вообще, я неоднократно упоминаю здесь труды замечательного русского богослова XX века Александра Шмемана, поскольку, как мне кажется, в его отнюдь не модернистском и экуменистическом, но строго православном богословии, тем не менее, решаются многие вопросы, которые не решает „юридическое“ богословие и, увы, далеко не церковно пыталась разрешить литература Серебряного Века. О. Шмеман писал о пародирующем подлинное единство верующих во Христе „единстве снизу“: „именно «единства снизу» — природные, национальные, идеологические, политические — стали сокровищем сердца, хотя подмена и скрыта часто от самих тех, кто совершает ее, ибо облечено это сокровище в церковные ризы и говорит так часто на сугубо традиционном, сугубо «православном» языке“. (Мне здесь вспоминаются нецерковные авторы, говорящие практически о том же — я имею в виду книги Рене Генона и «Инверсия» современного философа В. Штепы). Внутри церковных стен избежать тотального антиличностного „единства снизу“ действительно поможет преодоление „юридического богословия“. Вне их — в сфере действия „просвещающей благодати“, прививку свободы личности дает именно литература с ее обязательным принципом „лица необщего выраженья“. Вспоминаются слова Бродского из «Нобелевской лекции»: искусство учит, в первую очередь, частности человеческого существования. Оно, в отличие от жизни, тем более мира за пределами индивидуального существования не выносит тавтологии, клише.

Нет, сколько б не метали горделивые аскеты типа упомянутого выше архимандрита Рафаила в сторону хорошей светской литературы громы и молнии, она тоже воспитывает человеческую совесть и заставляет думать, без чего вряд ли удастся результативно выплыть из бушующего „житейского моря“ к Берегу Любви и Свободы, скорее — в виде трупа. А для молодежи эта литература чуть не в первую очередь — рок поэзия. Как спел алтаец Александр Подорожный: можно пропасть, если долго идти без Башлачева с Янками. В „обществе спектакля“ большой литературе так же тяжело, как и Церкви — мир обесцененного отчужденного слова щедро предлагает студентам педагогических вузов буклеты с кратким содержанием книг, а детям, которые у них будут учиться — комиксы на тему этих же книг. А горожанину, пришедшему за духовной пищей в церковную лавку, ПРОЩЕ откинуть самодовольно и ОСУДИТЬ опасный духовный опыт литературы, чем приобрести полноценный сложнейший молитвенный опыт. Проще пойти по легкому пути и остаться ни с тем, ни с другим при своеобразном душевном комфорте „безопасности“ и „правоты“.

Так вот, «концепция самоубийства» в Русском Роке лишь эпизодически мелькнула, и нечестно говорить, что в случае Александра Башлачева и Янки Дягилевой „СРАБОТАЛА“ ЭТА КОНЦЕПЦИЯ. Все, что сделало стихийно сформировавшееся мировоззрение Русского Рока „суицидного“ — вернуло Поэта от нехороших поз сибарита на диване в деревне Маниловка с пером в барской руке, эстета эротомана и несчастного существа „на приработках“ в литжурнале или «союзе» каких-то там «писателей» в то место, где он и должен быть — на „Вечный Пост“ ПРОРОЧЕСКОГО служения в центр мира, где отвечаешь перед Вечностью за все. Характерна цитата любившего потеоретизировать Егора: „Никто не верит, не знает то, что все в этом мире прочно и очевидно завязано и зависимо. Каждый твой шаг, каждое твое действие, твое слово неукоснительно меняет и преображает весь мир. Вот мы сейчас сидим, говорим — а где-нибудь в Америке от этого горы валятся“. И там же — с футуристической гиперболой — об ОТВЕТСТВЕННОСТИ, хотя ницшеанский экстремизм этого заявления чем-то парадоксально похож на „экстремизм“ старца Силуана, уверенного, что грешнее его на всем белом свете нет и, ТЕМ НЕ МЕНЕЕ, молящегося за весь мир: „то, что я допустил нынешнее повсеместное унижение и уничтожение Духа — в мировом масштабе, в этом моя страшная вина“ (интервью «200 лет одиночества»). Нет доказательств самоубийства Янки Дягилевой, а если бы они и были, то дело здесь не в «концепции самоубийства». Катастрофическое апокалиптическое ощущение надвигающегося на всех и каждого Царства Зверя здесь похоже больше на „нетовщину“ времен раскола XVII века:

Значит, будем в игры играть
Раз-два — выше ноги от земли.
Кто успел — тому помирать.
Кто остался — тот и дурачок.


и чуть пониже


Светопреставление
А глумливое пророчество
Настоящим заверяется.
Все проверено, все сходится,
Даже сказочка х…ая.
Сослужила службу — слушали
И качали головами в такт,
И пускали светлый дым в потолок.
Только сказочка х…ая
И конец у ней неправильный —
Змей-Горыныч всех убил и съел.


Итак, существует вполне определенная внутренне честная точка зрения для некоторых людей, ее выражающих, на способ их служения в миру. Насколько он гибелен или спасителен, наверное, ОБЩЕГО ответа быть не может — про этот Пост верны, как и в других ПОДОБНЫХ случаях, слова Евангелия «кто может вместить, да вместит» (Матф. 19,12). Впрочем, „отсев“ любителей денег и „славы земной“ идет в субкультуре «времени колокольчиков» очень жестко. Все-таки, ту самую „выброшенность“ из общества, о которой пишет о. Григорий, связанную и с тем, что „служенье муз не терпит суеты“, а скорость непрерывного конвейерного „заработка“ всех и вся, соответственно, не терпит „служения муз“, и с тем, что вся государственная машина от медицинских полисов и полицейских „прописок“ до цен на услуги всяких там МПСов предполагает прикрепленность человека к „адресу“, и антиевангельской „заботе о дне завтрашнем“, а бродячая концертная жизнь всё это исключает, и с тем, что аудитория поэтов с гитарами — полунищее русское студенчество, которое вообще ЕСТЬ и учится, чтоб бесплатно работать учителями, лишь ВОПРЕКИ культурному геноциду „свободного мира“, и с тем, что „славой“ здесь искушают бесчисленные дельцы шоу-бизнеса, которые тебе всё дадут при условии, что ты тоже станешь прибыльным товаром, т. е. будешь ИМИТИРОВАТЬ творчество в заказанных ими „его плодах“ — ее, „выброшенность“ эту, выдержать и духовно выжить, остаться на Посту, НЕ ПРОЩЕ, чем служить Богу при небольшой, но гарантированной зарплате иерея Православной Церкви. (Это я не из зависти, или злых каких-то чувств „кресты чужие меряю“ — просто удивляют упреки в „жажде славы“ от священников, которые ИСКРЕННЕ расстраиваются, что в храме их мало народа). На этом Посту стиль жизни порой ничем не разнится с евангельским: „лисицы имеют норы и птицы небесные — гнезда, а Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову“(Матф. 8,20). И в каком-то смысле Пост этот, как и Схима — тоже передовая, естественно, духовно опасная, особенно, «в одиночку», когда идущий в Храм человек с судьбой поэта нарывается там на цитирующих „откровения“ отца Рафаила (Карелина) и „лечащих“ не от грехов, а от этой самой судьбы, искушается и начинает думать, что там он не нужен…

Пусть не ко двору эти ангелы чернорабочие,
Прорвется к перу то, что долго рубить и рубить топорам.
Поэты в миру после строк ставят знак кровоточия.
К ним Бог на порог. Но они верно имут свой срам.
Поэты идут до конца. И не смейте кричать им — Не надо!
Ведь Бог… Он не врет, разбивая свои зеркала….

(А. Башлачев. На жизнь поэтов)


Далее возникает искушение начать „бурно сыпать цитатами“, но воздержусь, поскольку, по крайней мере, башлачевские «На жизнь поэтов», «Посошок», «Вечный Пост», «Мельница», «Тесто» и янкины «Мы по колено», «Гори, гори ясно», «Продано» и раннее «Нарисовали икону…» 1986 года есть возможность послушать, прочесть или перечесть у всех…

Итак, у поэтов с гитарами из «времени колокольчиков» (что является наиболее НЕОТЧУЖДЕННОЙ, древней и естественной формой бытия поэта — соврать в „здесь и сейчас“ живого концертного исполнения сложнее, чем в письменном виде) разные философские и религиозные установки. (Роману Неумоеву в последнем интервью эта палитра точек зрения в роке и, как я понимаю, вообще в культуре, кажется ужасной и искусительной для слушателей, т. е. возникает уже нам знакомая риторика, типа раз есть в культуре среди прочих вещи нехорошие, проще ее всю, чтоб не думалось, отправить на помойку: в голове этой публики, вместо адекватного, истинного и необходимого для реальной жизни мировоззрения, плавает некий „жуткий компот“ из обрывков „программных документов“ их рок-кумиров и фрагментов теософских идей от практической магии и тотемов Вуду, до Шамбалы и Блаватской, включительно — но нахождение вообще на земле, в том числе и в самой что ни на есть церковной среде, всегда предполагает встречу с разными точками зрения, почему и требуется трезвение духовное и работа головой. «Все испытывайте, хорошего держитесь» (1Фесс. 5,21) сказано апостолом Павлом. Опаснее все-таки человеку рассчитывать найти места, где про это постоянное трезвение можно забыть и думать, скажем, находясь за чтением «Русского вестника», что он находится в безопасной с точки зрения искушений зоне. А то, что сказанное и спетое — огромная ответственность — никто не спорит. Вопрос только, не рисковать брать ее или все же „золоту молчания предпочесть серебро“. На столь эклектичной рок-сцене ведь пел и православный Неумоев и многим помог, по крайней мере, задуматься. И если бы его там не было, там было бы хуже. Хочется спросить: Роман, стоит ли отрекаться от фронта, где прошла „миссионерская“ часть твоего земного пути к Богу?). Разный у „рокеров“ и духовный уровень, как различен он у всех людей вообще, общий у них лишь тип „трудовой деятельности“, многими из поэтов воспринимаемый, как СЛУЖЕНИЕ. Атрибутами же этого служения является 1) определенная маргинальность и социальная неустроенность, о которой я уже говорил:

Деклассированных элементов в первый ряд
Им по первому по классу надо выдать всё
Первым классом школы жизни будет им тюрьма
А к восьмому их посмертно примут в комсомол

Янка Дягилева


„В комсомол“ псевдорелигии рока склонные к некрофильским мифам журналисты постарались принять и Янку, как и других погибших поэтов — но это логика и мифология людей для самого русского рока ВНЕШНИХ, „кадровых“.

2) Активная жизненная позиция — иногда выливающаяся в политические заявления, иногда в философские и религиозные споры — она естественна для поэта, потому что служению, уходящему к архетипу пророческого присуще скорее деяние, чем недеяние. Ярким примером интереса таких людей не к „кайфу, драйву и хит-параду“, а к религиозной тематике является дискуссия на http://music.altapress.ru Вадима Макашенца («Теплая Трасса»), Романа Неумоева, Александра Подорожного и Александра Редута «Оптимиста». Кстати здесь хочется возразить любителям вообще отделять «время колокольчиков» от общемировой рок-мифологии — русская культура всегда была открытой и, скорее, преображала заимствованный опыт в нечто свое. А рок-мифология, к которой апеллирует «время колокольчиков» это антибуржуазный пафос рока 60х. Егор Летов: „Рок, каким он был в 60-е годы и каким он воистину должен быть, — живейшая и искреннейшая форма народного творчества нашего времени“.Русский рок игнорировал при этом вечный буржуазно-обывательский „миф о звездах“, который естественно вовсю эксплуатирует поп-музыка и другая масс культура, и который те же ВНЕШНИЕ журналисты пытаются применить и здесь. Как пишет иеромонах Григорий, „в новой системе понятий мироощущение «звезды рок-н-ролла», столь характерное и для Майка, и для БГ, становилось невозможным принципиально“. И, как я писал уже, левацко-красная нелюбовь к капитализму, свойственная лучшей части западной рок-музыки, для русских „рокеров“ приобрела совсем не „левые“ черты апокалиптичности: „Рок — это последние искорки, как мне кажется, этакого вселенского кострища — которое либо само выгорело дотла, либо его потушили — из высших соображений“ (Е. Летов, интервью «200 лет одиночества»). И там же как бы растаманское, но на деле вполне русское: „Это как в «Handsworth Revolution» Steel Pulse — нас уничтожают, нас мочат, нас попирают — но всё, что я есть — это «Вавилон падает!». И так оно и есть. Он падает наглядно. И скоро окончательно п…ся — и то, что происходит сейчас, это история про Содом и Гоморру“. Про то, что не любить либерализм и капитализм основания у православных людей ЕСТЬ и очень серьезные, здесь уже говорилось. И у русской культуры, которая в лучшей и наиболее органичной части своей народна и питается корнями своими в глубинах русской души, вскормленной Православием — они есть тоже. Нонсенсом являются теории И. Кормильцева и О. Суровой, приписавшая року в виде основного пафоса исключительно социальную ненависть к советскому режиму. Скорее, режиму этому досталось „на орехи“, поскольку он по сути был государственно-капиталистическим режимом „отчуждения“, как и режим нынешний. Для меня очевидно, что „левая“ антибуржуазная молодежная культура в России может легко апеллировать к Православию. Потому что они ненавидят одно и то же мироустройство, только Православие понимает его ГЛУБЖЕ…

3) Весьма распространена здесь нелюбовь к „интеллигенции“: „потому то и пьет «по черному» наша ср…я интеллигенция“ (Ермен «Анти»), „все идеи, идеалы интеллигенции для меня просто отвратительны“(Е. Летов, интервью «Как платил незнайка за свои ???»). Объяснить это лучше не интересом части рок поэтов к „экстремистским“ крайне левым (правым) идеологиям, общим местом которых являются дежурные обвинения в адрес интеллигенции, выдвигаемые, как правило, интеллигенцией же, только другой по политическому „цвету“.

Скорее это следствие окончательного разрыва интеллигенции и литературы. Вообще, отношения литературы и всевозможных белинских-писаревых, которые ее, литературу то есть, мифологизировали в невесть что, придумывали ей „цели и задачи“ и при помощи выдуманного ими „идеала“ литературу же поучали, обличали и терроризировали, с юмором описаны, например, у Д. Галковского в «Бесконечном тупике». Но если в Серебряном Веке тяжело разделить без натяжек склонную к саморефлексии литературу и богоискательскую интеллигенцию, поскольку это была всё же ТВОРЧЕСКАЯ интеллигенция, то сейчас как социальная, так и духовная и интеллектуальная пропасть между литературой (живой литературой, а не ее чиновничье — интеллигентской симуляцией, ставшей делом „литераторов“, просиживающих штаны в союзах писателей) и оккупировавшей все ВУЗы и газеты с журналами ее „интерпретаторами“ — интеллигентами стала фатальной. В случае рок-поэзии — фатальной вдвойне. Вообще, по личному опыту знаю, трудно найти нечто более фальшивое, чем „исследования“ вальяжных университетских профессоров на тему рок-поэзии. Невозможно, сидя в профессорском кресле, методом „анализа текста“ понять, КАК и ЧЕМ живет и „из какого сора“ пишет песни, скажем, Борис Усов («Соломенные еноты»).


4) Полный разрыв с информационными структурами Системы и „шоу бизнесом“. Не считая единожды мелькнувшего на экране Летова, никто из упомянутых здесь рок-поэтов на цетральных СМИ не фигурировал ни разу. При мощных традициях субкультуры, самиздата и магнитиздата „рокеров“ это особенно не удручает, даже напротив — „Не участвуйте в бесплодных делах тьмы, но и обличайте“ — говорится в Послании к Ефесянам апостола Павла. А мне вспоминается еще и книга протоиерея Максима Козлова: «400 вопросов и ответов о вере, церкви и христианской жизни», где в ответ на вопрос, какие виды „трудовой деятельности“ несовместимы с православным вероисповеданием, он называет, помимо проституции и всевозможного криминалитета, „приличные занятия“ для буржуазного мира, как отмывание денег, каким бы красивым иностранным словом оно не именовалось, а также почти всегда — журналистику в СМИ…

Принимая Печать Дара Духа Святого во время Таинства Миропомазания, крещаемый принимает все три дара и служения Христа — священническое, царское и пророческое. В белых одеждах новой жизни мы, по словам Иоанна Златоуста, „в изобилии обладаем не одним, а всеми этими тремя достоинствами“. Протоиерей Александр Шмеман в книге «Водой и духом» пишет: „царственность мы приписываем одному Христу, священство мы отождествляем с клиром, а что касается пророчества, то оно нам представляется особенным даром, сообщаемым немногим, но никак не существенной стороной всякой христианской жизни и духовности… Это, в свою очередь, привело к суженному и обедненному пониманию самой Церкви и нашей жизни в ней.“ (выделено мной). Вообще в Евангелии не описаны ни столпники, ни юродивые, ни многие другие виды служения Христу — все они появились исторически — Евангелие не „прописывает“ каждому рамки „правил добра“, потому что обращается не к рассудку, а к сердцу (был такой очень мной любимый рассказ Л. Андреева, где священник пытался помочь спастись чертику и расписывал ему, что делать, на каждый случай жизни, а тот ничего так и не понял, и все делал „не так“ по одной простой причине — не было у бесенка ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО СЕРДЦА). Церковь наша — Церковь Вселенская, и Благая Весть дана не только „прихожанам“, она дана ВСЕМ…

Хочется закончить еще несколькими строчками А. Башлачева, как мне кажется, „в тему“

Как ветра осенние жали — не жалели рожь.
Ведь тебя посеяли, чтоб ты пригодился,
Ведь совсем неважно, от чего помрешь,
Ведь куда важнее — для чего родился
Как ветра осенние уносят мое семя,
Листья воскресения, да с весточки — весны.
Я хочу дожить, хочу увидеть время,
Когда эти песни станут не нужны.
Когда мои песни станут не нужны…


2–13.II.2002




 
 
Помочь порталу

  Оцените актуальность  
   Всего голосов: 1    
  Версия для печати        Просмотров: 2275


html-cсылка на публикацию
Прямая ссылка на публикацию

 
  Не нашли на странице? Поищите по сайту.
  

 
Самое новое


12 декабря
12 декабря – конференция "Духовно-нравственные основы сестринского служения"...
С 18 по 24 декабря
Спешите стать участниками фестиваля «Рождественская мастерская»!...
12 декабря
12 декабря – открытие VII Тихомировских Чтений...
8 декабря
8 декабря 2017 года состоится пленарное заседание VII Искитимских Рождественских...
22 октября
Возобновляет свою работу проект "Школа духовной безопасности"...

Нравится Друзья


Популярное:

Подписаться на рассылку новостей






    Архив новостей:

Декабрь 2017 (72)
Ноябрь 2017 (185)
Октябрь 2017 (173)
Сентябрь 2017 (182)
Август 2017 (151)
Июль 2017 (139)

«    Декабрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Яндекс.Метрика

Каталог Православное Христианство.Ру
 Участник сообщества епархиальных ресурсов. Все православные сайты Новосибирской Епархии  службы мониторинга серверов