Опубликовано 20.03.2014 в рубрике  Новостная лента » Обзор СМИ
 

Голос в храме (Интервью с Сергеем Волчковым - победителем шоу "Голос")


Мало кто ожидал, что в финале шоу «Голос» победит 25-летний баритон Сергей Волчков. Возможно, этого не ждал даже его наставник Александр Градский. И уж точно не ждал сам Сергей:


 

Голос в храме (Интервью с Сергеем Волчковым - победителем шоу "Голос")

— Для меня это стало неожиданностью. Многие думали, что я вовсе не пройду в финал, что победит кто-то другой. Когда зрители проголосовали за меня, я почувствовал, как много в судьбе артиста зависит от внимания публики. Я от всего сердца благодарен каждому проголосовавшему. До последнего не мог предположить, что все выйдет так. К тому же у меня был настолько сильный соперник — непохожий на других певец, шикарный тенор! Да и все остальные финалисты — уникальные певцы. И Тина Кузнецова, и Гела Гуралиа — настоящие профессионалы. Наргиз Закирова — выдающаяся, эпатажная, вся молодежь от нее на ушах стояла и стоит до сих пор.

— Я, честно говоря, тоже не ожидал твоей победы. Мне казалось, что твой репертуар и твоя стилистика — близость к высокому академическому жанру — это не для всех…

— Да, я академический певец. Но кроме оперной музыки и оперной карьеры, которых, само собой, я для себя не исключаю, мне интересно и песенное направление — например, романсы. Многое из того, что я исполнял на «Голосе» — это не академический репертуар: песня Александры Пахмутовой, песня из репертуара Муслима Магомаева, народная украинская песня, которую мы с Александром Борисовичем (Градским. — Ред.) пели дуэтом в финале.

— И все же в четверке финалистов «Голоса» ты олицетворял скорее академическое, классическое направление, и мне казалось, что массовый зритель за это не проголосует…

— Мне кажется, настало очень подходящее время. Возможно, в России сегодня созданы такие условия жизни, в которых во главе общества, как и должно быть, становится Церковь — Русская Православная Церковь. В этом смысле в проекте «Голос» победила, я так думаю, русская душа, выраженная в русском слове и в русской музыке. Только ради Бога не воспринимайте это плоско, мол, «победил русский парень Сережа» (смеется), я совсем не об этом. К тому же я белорус, но ведь в данном случае это неважно. Культура-то все равно одна. И мне очень хочется об этом сказать: мне кажется, что, зрители, которые поддержали меня и мой репертуар, по-своему хотели как раз выразить любовь к образцам высокой, глубокой, настоящей культуры. Подчеркнуть любовь к своим корням. Может быть, это своего рода патриотизм, который сыграл в народе… Не знаю, как еще это назвать… Низкий поклон тем, кто взял в руки телефоны и проголосовал! Говорю это совершенно искренне, пусть это не прозвучит пафосно.

Как выразить радость?

— О том, что ты православный верующий, узнали все зрители Первого канала, когда после победы в финале ты прямо в кадре перекрестился…

— Я допускаю, что кому-то это могло показаться лишним — как будто показным, неискренним… Но вот смотрите: есть люди, которые на сцене от радости станут прыгать, веселиться, ликовать. А для меня выразить радость — это выразить благодарность Богу за то, что все произошло именно так. Что в этом плохого? И я не помню, чтобы в сознательном возрасте я хоть однажды вышел на сцену, не прочитав перед этим «Отче наш» и не сказав после выступления: «Слава Богу за всё». Это моя жизненная позиция, и никакой показухи для меня в этом нет. Не вижу ничего странного в том, чтобы креститься на людях. Вернее, так даже вопроса не стоит. Какая разница вообще, где я нахожусь? Я могу перекреститься на улице, увидев храм. Или что — православный человек должен в этом смысле себя контролировать: мол, стоп, Сергей, тебя видят миллионы, не крестись?! И хорошо, что видят. Я ничего плохого не делаю.

— Ты осознаешь, что тебя теперь ждет испытание славой?

— Я знаю, что в нашей профессии искушение славой ждет каждого. И я стараюсь максимально спокойно воспринимать все свои успехи. Я просто делаю все от себя зависящее, но знаю, что победу дает Бог. Любые успехи — Его дар, чтобы я мог своей профессией содержать семью. После каждой победы, после важных концертов я должен обязательно прийти в храм — исповедаться и причаститься. Это знак доверия и, повторюсь, благодарности Богу. К этому меня приучает моя жена.

— Жена? Приучает?

— Да, Наташа немного старше меня, у нее за плечами десять лет настоящей церковной жизни. В этом плане она человек более опытный, более мудрый, как мне кажется. Не то чтобы она прямо садится и «приучает», это происходит само собой. Недавно у нас родилась дочка. И мне самому очень важно, чтобы каждое воскресенье мы бывали бы в храме все вместе.

— А какую роль жена сыграла в твоем приходе к вере?

— Огромную. По сути, она меня к вере и привела.

Когда я учился в школе, наш классный руководитель руководила также и воскресной школой. По воскресеньям она водила нас в храм. Мне было 8 лет. Я исповедовался и причащался, но толком не понимал зачем. Просто думал, что так надо. А потом наступил подростковый возраст, и интересы совсем сместились

 Церкви в них места особо не было. Играл в футбол, ходил на дискотеки. По инерции приходил в храм на Пасху, на Радоницу ездил на кладбище — но именно по инерции. Ставил свечки, но не более того.

Закончив хоровое училище в Могилеве, я приехал в Москву поступать в ГИТИС и пошел петь в храм святых Петра и Павла в Лефортове. Казалось бы, все условия для воцерковления — но воцерковленным человеком я в тот момент так и не стал. Да, общался со священниками, да, молился во время богослужений, но потребности пойти исповедоваться и причаститься не было. Почему — не знаю, не было — и все… И слава Богу, не случилось в жизни таких вероломных моментов, которые привели бы к вере через боль, болезнь и т. д.

Так продолжалось четыре года. И вот однажды я увидел в храме Наталью… Стою на клиросе, пою, и вдруг ловлю взглядом ее взгляд — и так меня он удивил!

Часто в храме видишь людей как будто закрытых от других, всех в себе. А Наташа была совсем не такой: по ней было видно, что она сосредоточенно молится, но при этом она радостная, открытая Богу и людям. Вдруг раздается детский смех — звонко, на весь храм — и Наташа начинает искать глазами этого ребенка, который засмеялся, и сама улыбается. И тут — бац! — я понимаю: вот тот человек, который нужен мне в жизни! Я ничего не знал о ней! Но я как будто увидел в ней самое главное… В ней была та же потребность создать семью и растить детей, которая, как я почувствовал, есть и во мне. После службы мы познакомились, поехали в кафе и часа три болтали… И вот тут я вдруг ощутил, что совершенно сознательно хочу пойти на исповедь и причаститься. Это было реальное желание полноценно войти в церковную жизнь. Через два месяца Наташа пригласила поехать к ее духовнику в Суздаль — получить благословение. Там мы тоже, само собой, исповедались и причастились. И батюшка сказал нам: «А чего тянуть? Приезжайте через месяц — я вас обвенчаю». Так и живем с тех пор.

— Для многих семей ситуация, когда жена в церковном плане более опытная, чем муж, — это проблема. Мужчине непросто смириться с тем, что женщина ему что-то объясняет или даже «приучает»… Для тебя такой проблемы нет?

— Нет, она же родной человек, не чужой…

 

Люблю жизнь, какой успел ее узнать

— Что больше всего удивило тебя в работе с Александром Градским?

— Его человечность. Я, конечно, всегда знал, что он Человек с большой буквы, но все же… Вот пришел к нему такой Сережа Волчков — а он отнесся ко мне как к самому близкому. Александр Борисович — это такой «флакон», где соединилось столько всего, что можно черпать и черпать опыт, знания, вдохновение, идеи… Он часто повторял одну фразу: «Сережа, просто доверься мне — и увидишь результат». Я так и поступил: взял и доверился, старался не думать о каких-то своих сомнениях. Просто верил наставнику — Учителю с большой буквы. И действительно увидел результат. Впервые посмотрел на себя со стороны на большом экране, начал учиться на своих ошибках. Теперь я лучше понимаю, что умею хорошо, а в чем нужно еще попахать. Многое в том, что я увидел, мне понравилось — это результат работы Александра Борисовича. Когда мы вместе с ним смотрели запись финала и он сказал: «Я тобой горжусь», — для меня это было самой главной наградой! Когда наставник говорит тебе: «Ты сделал все, о чем я просил», это дорогого стоит. Поэтому я никогда не забываю о том, что те 560 тысяч человек, которые проголосовали в финале за меня, проголосовали в каком-то смысле за наш совместный с Александром Борисовичем труд, за нашу общую работу.

Для меня ценно, что и сейчас, после завершения проекта, мы все равно продолжаем тесно общаться с Александром Борисовичем. Это никак не связано с условиями участия в «Голосе». Это просто мое стремление, на которое Градский откликается. Он пригласил меня работать в своем театре, и я, не задумываясь, ответил: «Да, конечно!» Знаешь, бывает, что над творческими предложениями, даже самыми заманчивыми, иногда нужно поду­мать, но тут не было и тени сомнения, что театр Градского — это то место, где я хотел бы петь всегда.

— Когда ты спел «Я люблю тебя, жизнь», Леонид Агутин сказал: «Никогда не думал, что мне нравится песня „Я люблю тебя, жизнь"…» И действительно, есть присыпанная нафталином классика советской эстрады — и вдруг ты поешь ее так современно… Как вы ее репетировали? Что говорил Градский?

— Нашей задачей было сделать ее романсом. Кто-то говорил, что я, мол, слишком молод, чтобы ее петь. Ну, еще бы — она была написана для Марка Бернеса, и он исполнил ее незадолго до смерти. Но и я тоже — в свои двадцать пять лет — люблю жизнь, просто по-своему! И я пел об этом. Да, эту песню обычно исполняют глубоко философски, торжественно или с некоторой светлой грустью… К этому всему я старался добавить еще что-то свое: спеть песню на улыбке, может, даже с иронией. Я пел ее своему ребенку и именно изнутри своего возраста — ведь слова песни и вправду немного этот возраст опережают. Но все же если задуматься: почему «Я люблю тебя, жизнь» — это непременно песня умудренного опытом человека? Что там такого непонятного для меня? «Как поют соловьи…» Что я — не знаю, как соловьи поют? Знаю, в деревне рос. «Полумрак, поцелуй на рассвете, и вершина любви — это чудо великое — дети…» Это вообще про меня сейчас! Я люблю жизнь такой, какой я успел ее узнать. Наверное, лет в шестьдесят, когда самосвалы по мне поездят и несколько кирпичей на голову упадет, я спою эту песню уже по-другому — грузно и печально. Но сейчас — так (Смеется).

Честно говоря, я сомневался по поводу этой песни. Делился опасениями с Александром Борисовичем, мол, может, не эту песню брать. Но он снова сказал мне самое главное: «Доверься мне». И добавил, что публике это нужно.

— Кстати, Градский и вправду часто давал своим подопечным песни из репертуара советской эстрады: «С полуслова, с полу­взгляда» Давида Тухманова, «Река Волга», которую исполняла Людмила Зыкина. С чем это связано?

— Мы с ним это не обсуждали, но лично я считаю, что эта музыка сегодня должна звучать. С нами больше нет Марка Бернеса, Георга Отса, Муслима Магомаева и многих других. Они были образцами настоящего исполнительского искусства. И сегодня я и мои ровесники должны перенимать эстафету. Мы — своего рода продолжатели. И нет ничего страшного в том, чтобы оживлять, как ты говоришь, «присыпанную нафталином классику советской эстрады». Музыка вне времени. Мы же помним дедов-ветеранов, мы же до сих плачем и смеемся над советскими мультфильмами. Песни, которые пели на советской эстраде, могут быть актуальны и сегодня, если услышать в них главное — искренность сердца, любовь. А у любви, как мы знаем, «не бывает прошедшего времени». Это не значит, что я буду петь только советскую классику и откажусь петь что-то современное. Нет, в XXI веке нужно говорить на языке XXI века, но существует то культурное наследие, которое я во вчерашнем дне не оставлю.

— Ты не боишься, что теперь, грубо говоря, станешь известным не просто как Сергей Волчков, а как «Сергей-Волчков-тот-самый-парень-с-шоу-„Голос"»? Не боишься всю жизнь тащить за собой этот шлейф?

— Меня этот шлейф не смущает. Мне кажется, на сегодняшний день «Голос» — одна из возможностей заявить о себе, причем совершенно бесплатно. Что здесь плохого? «Голос» — вокальный конкурс, и никаких ненужных ассоциаций он, на мой взгляд, не создает.

С верой я сильнее

— Как для тебя вера сочетается с профессией?

— На участие в «Голосе» я брал благословение духовника. Он сказал, что сам смотрел прошлый сезон, ему понравилось, и благословил. Я приезжал к нему за благословением перед каждым новым этапом. Мне так проще. Проще идти к победе с молитвой, и проще принять поражение с улыбкой. Сцена — это всегда стресс, всегда особое состояние. Но я понимаю, что я на сцене не один. Рядом со мной — мой ангел-хранитель. Мне кажется, с верой человек сильнее.

— А какую роль вера вообще играет в жизни?

— Это главная составляющая, наверное… Не знаю, мне реально трудно это сформулировать, не дорос еще, наверное, но я четко это чувствую. Когда мне друзья подобные вопросы задают, я немного теряюсь. Говорю, что любой батюшка лучше меня вам на это ответит. Единственное, мне кажется, что ничто не связывает людей прочнее и глубже, чем что-то духовное, чем вера во что-то высшее. Так люди объединяются и становятся народом. Я совсем не имею в виду, что, мол, «всем быстро стать православными»! Нет, я говорю только о том, что для каждого этот выбор стоит — быть частью большого целого или не быть…

— Ты упомянул беседы с сомневающимися друзьями. С какими сомнениями чаще всего приходится сталкиваться?

— Многие говорят: «Пока не увижу — не поверю». Но часто ведь бывает как раз по-другому: «Пока не поверишь — не увидишь». Ведь в жизни есть чудеса, просто нужно поверить, что перед тобой — чудо, а не что-то другое. Вот например: молодой парень из белорусской деревни поступил в ГИТИС, отправил заявку на главный вокальный конкурс страны на Первом канале, пришел, спел и победил — не заплатив никому ни копейки денег. Один скажет: «Везение!» Другой скажет: «Все равно все кем-то для чего-то проплачено». Я просто верю и знаю, что это — Божье чудо, которое зачем-то мне послано.

Справка "Фомы"

Сергей Волчков.

Родился в 1988 году в городе Быхове, Белоруссия. В 2009 году окончил Могилёвский государственный музыкальный колледж имени Римского-Корсакова, после чего поступил на факультет музыкального театра РАТИ (ГИТИС) в Москве. В 2011 году стал лауреатом международного конкурса молодых исполнителей русского романса «Романсиада». Участвовал в музыкальном проекте «Романтика романса». В 2013 году стал победителем второго сезона шоу «Голос» на Первом канале, выступая в команде Александра Градского.

Шоу «Голос»

Вокальный телевизионный конкурс на Первом канале — российская адаптация шоу «The Voice of Holland», впервые запущенного в 2010 году на нидерландском телевидении. Каждый из четырех наставников (Леонид Агутин, Дима Билан, Александр Градский, Пелагея) набирает себе команду вокалистов, из которой к финалу остается один участник.

Поддержите наш сайт


Сердечно благодарим всех тех, кто откликается и помогает. Просим жертвователей указывать свои имена для молитвенного поминовения — в платеже или письме в редакцию.
 
 

  Оцените актуальность  
   Всего голосов: 0    
  Версия для печати        Просмотров: 1630

Ключевые слова: Музыка, интервью

html-cсылка на публикацию
Прямая ссылка на публикацию

 
  Не нашли на странице? Поищите по сайту.
  

 
Самое новое


08.08 2023
Православная гимназия при Никольском кафедральном соборе Искитимской епархии продолжает...
13.07 2023
Детский церковный хор Вознесенского собора объявляет набор детей...
Помоги музею
Искитимская епархия просит оказать содействие в сборе экспонатов и сведений для создания...
важно
Нужна помощь в новом детском паллиативном отделении в Кольцово!...
Памятник
Новосибирской митрополией объявлен сбор средств для сооружения памятника всем...


 


  Нравится Друзья

Популярное:

Подписаться на рассылку новостей






    Архив новостей:

Апрель 2024 (38)
Март 2024 (26)
Февраль 2024 (65)
Январь 2024 (38)
Декабрь 2023 (44)
Ноябрь 2023 (51)

«    Апрель 2024    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930