Опубликовано 12.01.2013 в рубрике  Новостная лента
 

Валерий Панюшкин vs о.Сергий Круглов: Толпа

Разговаривать. Задавать вопросы. Отвечать на вопросы — так решили публицист Валерий Панюшкин и священник Сергий Круглов. Решили и объявили совместную колонку. Валерий будет задавать вопросы, отец Сергий — размышлять над ними — вместе с читателями будут искать ответ. Сегодня речь пойдет о толпе и евангельском «малом стаде».  
Валерий Панюшкин

Вот Вы, батюшка, сравниваете церковную иерархию с армейской, а меня и в церкви, и в армии пугает не сама иерархия даже, а огромность этой иерархии, несоразмерность ее человеку. Вы пишете, что архиерей может все, священник — поменьше, а диакон — еще поменьше. Но я так не думаю.

Не может маршал взять взвод солдат и пойти выполнить боевую задачу, для выполнения которой нужен взвод. Если дело касается маршала, то он двинет в бой сразу дивизию или корпус.

Приятель мой, офицер спецназа рассказывал мне про Беслан, что там огромное число жертв (в том числе и среди бойцов спецподразделений) объясняется именно что привлечением излишних сил. Ответственная была операция, многозвездные генералы командовали, нагнали войск столько, что хватило бы завоевать небольшую страну, а тут — школа в маленьком городе.

Спецназ приехал, провел разведку и отступил, оставив только наблюдателей. Стали готовиться к штурму, разрабатывать план. Это нельзя было делать поблизости от захваченной школы, потому что есть же в толпе и у террористов наблюдатели.

Пока бойцы спецназа готовились, надо было только вести переговоры, тянуть время. Но переговоры не велись. А из войск хватило бы только оцепления, потому что когда на небольшом пятачке много вооруженных людей, кто-то же выстрелит или отдаст приказ стрелять: испугается, нервы не выдержат, амбиции захлестнут…

Вот так как-то и начался штурм — неожиданно. Фактор неожиданности должен был быть на стороне спецназа, но неожиданность досталась бойцам и террористам поровну. Только террористов защищали стены школы и тела заложников, а бойцов спецназа — ничего. Приятель мой рассказывает, что они бежали, не стреляя. Потому что, если террорист прикрывается ребенком, то только в американском кино можно на бегу попасть террористу в лоб в обход ребенка. А в реальности приходится бежать под пулями в надежде на бронежилет — на расстояние ножа.

А один офицер забежал в комнату на верный расстрел, чтобы пока его расстреливают, товарищи успели забежать следом и развернуться. А еще один накрыл собой при взрыве гранаты троих заложников — и погиб. А еще один накрыл собой гранату.

Этого ничего не должно было быть. В спецназе потери один-два человека — это уже ЧП. А тут десятеро. Должен был быть хорошо подготовленный, молниеносный, внезапный штурм небольшим отрядом супер-профессионалов. И минимальное число жертв. А получилась общевойсковая операция. И жертвы соответствующие.

И если уместна аналогия между армией и церковью, то и церковь, на мой взгляд, движет дивизии там, где хватило бы взвода. Вот если бы у Вас в храме пять девчонок пришли бы хулиганить — что бы Вы сделали? Ну, вывели бы их вон. Ну, вызвали бы милицию. Ну, получили бы они за мелкое хулиганство свои пятнадцать суток. Но дело касалось патриарха, и в ход пошли дивизии.

Громогласные заявления на всю страну от имени всей Церкви. Молитвенное стояние на всю огромную площадь. А громогласное заявление от имени церкви и обращение к огромной толпе не могут же быть про мелкое хулиганство, должны быть сразу про святотатство, про гонения на церковь — иначе зачем люди тут стоят такой огромной толпой?

Я смею думать, что совместная молитва небольшой общины пробуждает в людях лучшие чувства — единения, любви, о которых Вы пишете. А вот стояние огромной толпой почему-то распаляет в людях чувства самые низменные. Мне по работе приходилось много раз бывать в самых разных толпах: и беженцев, и революционеров, и молящихся — все равно рано или поздно кто-то начинает бить стекла. И толпа подхватывает. Два-три агрессивных человека могут поворотить толпу в сто тысяч.

Я это видал и в Генуе, и в Иоханнесбурге, и в Москве совсем недавно. Иерархия расползается. Иерархи, генералы, если хотят по-прежнему вести толпу, вынуждены подчиняться ее паническим настроениям. А панические настроения в толпе порождаются несколькими агрессивными пассионариями. Вот и получается, что целой иерархией генералов командуют два-три заполошных балбеса из толпы. Чтобы было иначе, я не знаю примеров.

По-моему, для объединения людей ради добра есть численный предел, а для объединения людей ради зла численного предела нету.


Священник Сергий Круглов

Всё так, Валерий… В ваших рассуждениях есть резон. Про малость, малую величину, добра, про внешнюю неэффектность Царства Божьего, грядущего в мир, Христос, Сам пришедший в мир не как громовержец, но как слабый Младенец, не раз говорил в Евангелии, употребляя образы малого горчичного зерна, малого, но ценного сокровища, закопанного на огромном поле, малой доли закваски, оживотворяющей и преображающей массу косного теста.

Обращаясь к Своим ученикам, Он называл их «малое стадо» (один мой знакомый, любящий Евангелие, но не желающий переступать порог Церкви, горько шутит так: «Не хочу идти туда, где малое стадо превратилось в малое предприятие»…).

Всем известно, что в первые века, пока Церковь была гонима, она оставалась таким «малым стадом» — если покопаться в исторических изысканиях, мы поймем, что численно общины христиан (даже при многих обращениях в результате проповеди апостолов) были относительно невелики.

Мы читаем послания апостола Павла или обращения к различным церквям в Откровении от Иоанна, и иные из нас представляют эти церкви, как в наши дни, обширными, с пышными храмами, сложным догматическим, каноническим, хозяйственным устройством, с представительным клиром — но насколько по мирским понятиям большой могла быть, например, Эфесская церковь, если все население Эфеса, городка на западном побережье Малой Азии, составляло, по данным Википедии, пять тысяч плюс-минус двести человек?

Всем, в том числе критикам Церкви, известно также, что разрослась и усложнилась она тогда, когда христианство стало государственной религией. Коли ты подданный империи — хочешь не хочешь, а должен идти в храм и, коли император исповедует православие, сам становиться православным, присягая на верность правящей идеологии… Примерно так в советское время вступали в комсомол: мало кому было дело до того, искренне ли ты веруешь в идеалы марксизма-ленинизма, но, не вступив в комсомол, ты рисковал не поступить в институт, не устроиться на работу, получить немало проблем на свою голову.

И тем не менее, малое Христово стадо — живо, продолжая оставаться малым. Один, на мой взгляд, из самых глупых критериев в суждении о Церкви — критерий численности, когда говорят, что вот де Церковь ныне сильна, потому что в нее ходит много народу… Главное ведь — не число прихожан, а кто из них с чем пришел, кто и как смыслом своей жизни сделал — Христа, а участие в таинствах Церкви — способом более тесного единения с Богом и ближними, во исполнение заповеди о любви.

Иначе говоря, пока мы сами смотрим на Церковь через призму Евангелия — мы видим Христа и святых, видим неиссякаемую благодать Божию и людей, в ней живущих, видим, что Церковь жива, несмотря на постоянно постигающие ее искушения и скорби. Но едва этот ориентир, под воздействием страстей века и мира сего, сбивается в сторону — мы видим толпу современников, примкнувших к православию по политическим, национальным, иным далеким от евангельских мотивам, ту толпу, не столь важно какими конкретно лозунгами распаленную, о которой вы говорите и которая в самом деле бывает страшна…

Помните слова Христа: светильник для тела есть око? Важно, как, какими глазами мы смотрим на предмет. У кого-то есть замечательный образ: мы смотрим на одно и то же оконное стекло — но один видит на нем только потеки, грязь и раздавленных мух, а другой смотрит дальше, за стекло — и видит прекрасный сад за окном…

Другой вопрос, как именно сегодня существует это малое стадо, как оно, в тяжелейших современных условиях, исполняет заповедь, данную старшим детям в семье: «Вы, сильные, немощи слабых носите, и так исполните закон Христов». Те общины, о которых вы сказали: «Совместная молитва небольшой общины пробуждает в людях лучшие чувства — единения, любви…» — они и есть основа Церкви. Как им живется, каким искушениям и испытаниям подвергает их современный мир, мир толпы и мейнстрима — вот об этом уже, думаю, должен идти отдельный большой разговор.…

Поддержите наш сайт


Сердечно благодарим всех тех, кто откликается и помогает. Просим жертвователей указывать свои имена для молитвенного поминовения — в платеже или письме в редакцию.
 
 
Помочь порталу

  Оцените актуальность  
   Всего голосов: 0    
  Версия для печати        Просмотров: 1239

Ключевые слова: публицистика, дискуссия

html-cсылка на публикацию
Прямая ссылка на публикацию

 
  Не нашли на странице? Поищите по сайту.
  

 
Самое новое


19 июня
19 июня состоится крестный ход "За духовное возрождение России"...
Помоги музею
Искитимская епархия просит оказать содействие в сборе экспонатов и сведений для создания...
важно
Нужна помощь в новом детском паллиативном отделении в Кольцово!...
Памятник
Новосибирской митрополией объявлен сбор средств для сооружения памятника всем...


 


  Нравится Друзья

Популярное:

Подписаться на рассылку новостей






    Архив новостей:

Июнь 2022 (45)
Май 2022 (34)
Апрель 2022 (71)
Март 2022 (61)
Февраль 2022 (59)
Январь 2022 (40)

«    Июнь 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930