Опубликовано 04.06.2015 в рубрике  Новостная лента » Обзор СМИ
 

Мария Свешникова. Путем Голгофы

 
Мария Свешникова. Путем ГолгофыМесяцев шесть назад я получила приглашение на заседание киноклуба в одном московском храме: вероятно, кто-то из друзей по ошибке отметил в общем списке. Решила пойти. Не то, чтобы я не смотрела "Голгофу" (именно этот фильм значился в программе), меня заинтересовала вторая часть вечера. Главным, с моей точки зрения, была не демонстрация фильма, а его обсуждение. Как минимум потому, что я слишком хорошо помнила, о чем история, рассказанная режиссером Джоном Майклом МакДоной.

В одно из обычных воскресений отцу Джеймсу, которого играет Брендан Глисон, возглавляющему небольшой приход на берегу моря в Ирландии, незнакомец по телефону пообещал непременно застрелить его. Обещание прозвучало буднично, обычно, а потому у священника не было причин не верить хозяину голоса, поведавшего, как в далеком детстве над ним надругался священнослужитель. Пришла пора отомстить. "Почему же ты не хочешь убить обидчика?" – задал понятный вопрос отец Джеймс. "Плохого убивать неинтересно, куда забавнее уничтожить доброго, настоящего слугу Божьего. Да и умер обидчик", — получил он ответ. На завершение земных дел голос в трубке дал неделю, и за это время отец Джеймс проживает искушение, предательство, убийство невинного, поругание самого святого для него. Проходит своим личным крестным путем к Голгофе.

Фильм закончился. После натужной паузы первым взял слово "киномеханик" клуба. И припечатал: "Мне фильм не понравился"… Зрители приободрились — кто-то первый осмелился озвучить витавшее в воздухе. Обсуждение в стиле "не понравился" бодро набирало обороты, дошло до робко произнесенного "у них". Конечно же с неодобрением, осуждением чужих и чуждых пороков. Сидевший на показе настоятель молчал. Я ждала следующей части, и она не замедлила: "Батюшка, а какие у этого священника странные прихожане. Ненормальные какие-то. Воры, алкоголики и даже проститутки с гомосексуалистами, простите. А вели они себя как? Грубили священнику, издевались над ним, смеялись, ругали его. Считали, что могут обращаться к нему в любое время. И – самое ужасное – убили его собачку. Мы-то совсем не такие. Мы лучше. Думаю, не бывает таких христиан, а история эта — выдуманная".

С нескрываемым любопытством я смотрела, как у побледневшего от чрезвычайных внутренних эмоций отца настоятеля то сжимаются, то расходятся кулаки, а глаза становятся все больше. Казалось, он внутренне считал до десяти, чтобы не дать волю эмоциям и ответить максимально доходчиво и вежливо. "Вы точно такие", — прозвучал его приговор.

Казалось, кэрролловская Алиса перешагнула тонкую грань зеркала, и в одно мгновение мы с ней оказались внутри сиквела. Вместе со Шляпником устроились поудобнее, Соню я взяла на руки, чтобы она не заползла обратно в чайник, слушая раздававшиеся со всех скамеек-кинорядов хаотичные выкрики. "Нет, батюшка, мы не такие! Батюшка, как же так, я ведь никогда бы так не поступил, как он! Отец N, я же вас люблю, уважаю. А я всегда слушаю, что вы говорите, а вы вот так!"

"Повторяю. Все, что показано в фильме, правда. – В словах настоятеля слышались боль и приговор. – Правда, в некоторых случаях даже преуменьшенная. Разве ко мне не обращаются пьяницы (я не буду сейчас называть имен, но они многим известны), девушки определенного поведения, воры, прелюбодеи – все, как в этом фильме. Они просят, чтобы я вошел в их положение, а когда я недостаточно быстро выполняю их требования или не так, как им хотелось бы, или Бог (я в данном случае лишь проводник общения с Богом) реагирует на обращение к нему не должным образом, они злятся на меня. Ругаются, устраивают истерики, скандалят. Кое-кто, напившись, способен полезть в драку".

Зрители постепенно затихали, не потому, что слова священника на них произвели впечатление или они поверили ему — просто с настоятелем не хотелось спорить. "Простите, но это правда. Все правда." – Я положила Соню в чайник. Пришло время вмешаться. – "Вот уже 40 лет люди приходят к моему отцу. И к нам в дом, и в храм. Они считают, что позвонить или зайти можно в любое время суток, в любом состоянии: раз они выбрали "себе" священника, он им принадлежит. А потому и сказать ему или сделать с ним можно, что угодно. Или отомстить ему за причиненные кем-то обиды, за боль. Так что крестным путем священник идет всю жизнь". Отец настоятель грустно-согласно качал головой: смысл фильма был не в том, чтобы показать ужасы из жизни приходского батюшки священника, а рассказать о его выборе. Осознанном выборе Крестного пути.

Переломный момент. Настоящий, или проще было согласиться, чем спорить с нами – не берусь утверждать. Да и не все ли равно. Куда важнее для меня было это увидеть. Увидеть и запомнить. Для себя. Чтобы хотя бы раз, Великим постом, на Страстной вспомнить и найти в себе силы сказать: это я, Господи. Я, не он. Прости меня.

Поддержите наш сайт


Сердечно благодарим всех тех, кто откликается и помогает. Просим жертвователей указывать свои имена для молитвенного поминовения — в платеже или письме в редакцию.
 
 
Помочь порталу

  Оцените актуальность  
   Всего голосов: 2    
  Версия для печати        Просмотров: 1160


html-cсылка на публикацию
Прямая ссылка на публикацию

 
  Не нашли на странице? Поищите по сайту.
  

 
Самое новое


22 февраля
22 февраля состоится открытие выставки «История русской святости»...
Помоги музею
Искитимская епархия просит оказать содействие в сборе экспонатов и сведений для создания...
важно
Нужна помощь в новом детском паллиативном отделении в Кольцово!...
Памятник
Новосибирской митрополией объявлен сбор средств для сооружения памятника всем...


 


  Нравится Друзья

Популярное:

Подписаться на рассылку новостей






    Архив новостей:

Январь 2023 (53)
Декабрь 2022 (83)
Ноябрь 2022 (80)
Октябрь 2022 (74)
Сентябрь 2022 (75)
Август 2022 (43)

«    Январь 2023    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031