Публикации журнала "Живоносный Источник"

Опубликовано 21.08.2023 в рубрике  Православное краеведение, Публикации ЖИ
 

ЗНОБИЩЕВА Е.А. РЕШЕТОВ В.М. Исследование истории возникновения деревень Новососедовой и Старососедовой Новосибирской области

 

Знобищева Е.А.

Москва, Россия

Решетов В.М.

Новосибирск, Россия

Исследование истории возникновения деревень Новососедовой и Старососедовой Новосибирской области

Аннотация: Предметом нашего исследования стала дореволюционная история (XVIII-XIX вв.) двух деревень в районе средней Берди, имеющих схожее название и длительные хозяйственные связи: Старососедовой и Новососедовой. История небольших сельских поселений, как правило, малособытийна. Но если рассматривать ее через реконструкцию имен первопоселенцев, этапы переименований, миграцию крестьян, общинную самоорганизацию, то перспективы для местного «летописания» открываются большие. На основании массовых статистических, церковных и прочих архивных источников и старинных карт мы углубили историю поселений до начала XVIII века.

Ключевые слова: Бердь, Легостаева, Новососедова, Старососедова, Усть-Инова.

От Усть -Иковой к Старососедовой

Датировка появления населенного пункта, впоследствии получившего название Старососедова, опирается на самый ранний источник – карту бассейна Оби и Енисея «петровского геодезиста» Петра Чичагова, сохранившуюся во Французской национальной библиотеке. Масштабный проект длился с 1721 по 1730 гг., бассейн Оби был полностью картографирован к 1727 г. [56]. Интересующие нас верховья Оби (с 55 по 51 градус широты), наносились на карту ориентировочно с 1724 по 1726 гг. И, судя по отсутствию данных об инструментальной съемке, эта часть карты составлялась на основе расспросных данных. К сожалению, информация о времени сбора Чичаговым бердских сведений отсутствует, поэтому датируем интересующий нас фрагмент условным 1725 годом.

На карте П. Чичагова в районе средней Берди зафиксировано несколько деревень, в том числе д. Легостаева. Согласно этой карте, деревня, расположенная сразу за д. Легостаевой, существовала как минимум с 1725 года. Отмечена она как «Устинова» (Oustinova), между Устиновой и Легостаевой – впадающая в Бердь р. Ик (Yk), правда не с северной, а с южной стороны (Рис.1). Это самое раннее свидетельство появления поселения неподалеку от устья реки Ик.

У немецкого исследователя Г.Ф. Миллера в его описании Кузнецкого уезда 1734 г. название приведено более точно – «Усть-Инова» [61, с. 34]. Но точность касается только разбивки речного по происхождению ойконима на смысловые части, в тоже время налицо ошибка в названии впадающей неподалеку в Бердь реки Ик, переданной как «Ин». Деревня Усть-Инова, по Г.Ф. Миллеру, находилась « в трех верстах от предыдущей» (т.е. д. Барабинской», которая, в свою очередь, располагалась в полутора верстах от Легостаевой), « немного ниже места впадения речки «Ин» в р. Бердь». В Бердь на этом географическом пятачке впадала и впадает только одна река – Ик. Возможно, подвело сходство букв «н» и «к» в рукописном первоисточнике, возможно, Чичагов и Миллер по инерции перенесли название с соседней реки Ини и деревни Усть-Инской Чаусского ведомства. При этом миллеровское верстовое расстояние между Легостаевой и Усть-Иновой предельно близко современной локации д. Старососедовой, что позволяет предположить, что «Усть-Инова» – ошибочно записанная «Усть-Икова». Надо заметить также, что деревня эта у Миллера относится к Бердскому ведомству, т.е. однозначно находилась на левом (южном) берегу Берди.

Среднее течение Берди после д. Легостаевой на ранних картах:

 

К 30-м годам XVIII века Усть-Икова либо переименовывается, либо рядом закладывается новое поселение, отмеченное на карте Шишкова в 1736 г. [2] как д. Кадникова (Рис. 2). Несмотря на то, что «чертежное» расположение д. Кадниковой прямо над устьем реки Ик, т.е. не имеет сдвига в 1,5-2 км вниз по течению Берди, второй вариант маловероятен. Во-первых, места здесь не степные, удобной земли не так уж и много, чтобы поселения «гуляли» и сдвигались, во-вторых, карта слишком условна. Остановимся на гипотезе тождества Усть-Иковой и Кадниковой.

Смена «речного» названия на «фамильное» связана с поселившимся в деревне оброчным крестьянином Яковом Ивановичем Кадниковым, прибывшим в Бердский острог после 1721 г. (во 2-й ревизии учтен как переписанный в прежнюю перепись, но отсутствует в ранних ревизионных списках). В 1748 г. Яков Кадников числился как плательщик подушного оклада в д. Мамоновой вместе с сыновьями Иваном, Евсеем, Дмитрием и Михаилом [11, Л. 147 об.]. Но, скорее всего, только числился, а изначально проживал в «родовой» Кадниковой. Во второй ревизии все податное население южного берега средней и верхней Берди было приписано либо к д. Барабинской, либо к д. Мамоновой, хотя целое ожерелье «неревизских» деревень украшало Бердь как минимум с середины 20-х годов. (см. Рис.1). Как Кадникова деревня просуществует минимум двадцать лет, последний раз будет упомянута в 1751 г. в Описи церковных приходов Колывано-Воскресенского округа [18, Л. 132 об.].

Следующее название этой же самой деревни, утвердившееся в начале 50-х гг. XVIII века, – Суседова. Антропонимичность топонима позволила предположить, что образовался он, как и предыдущий вариант, от фамилии поселенца. Но для Бердского региона Суседовы – фамилия-невидимка, отсутствует в списках всех ревизий, не входит в число старожильческих. Отсюда, видимо, и бытующие версии происхождения названия на основе «соседской» темы. Архивный поиск выявил кратковременное появление фамилии в официальных документах, причем сугубо церковных. По исповедным росписям Михаило-Архангельской церкви 1756 г., в неподалеку расположенной д. Детлевой проживали два брата Суседовых – Трофим и Иван Тимофеевичи, оба двадцати лет [20, Л. 132 об.].

Рисунок 3. Фрагмент исповедных росписей семейства Суседовых в д. Детлевой

(1756 г.) [1]

Как «Суседовы» братья будут появляться в исповедных ведомостях шесть лет подряд – с 1756 по 1762 гг., но потом фамилия исчезнет из документооборота. Распутывание загадки непонятно откуда взявшейся и недолговечной фамилии длилось достаточно долго. Поначалу предполагалось, что это прозвищная «говорящая» фамилия (например, усыновленные дети соседа), либо остаток семьи, мигрировавшей южнее, на Алтай (пытались найти связь с еще одними Суседовыми на территории региона – драгунами в Катунской крепости). По спискам 1-2-4-й ревизий в д. Детлевой не было ни одного Тимофея, годящегося в отцы этим двум братьям. Помогло сопоставление целого ряда источников. В описях церковных приходов 1751 г. обнаружилось, что Тимофей все-таки в д. Детлевой был, но записанный под фамилией Глатков [18, Л. 133]. А далее, потянув за эту ниточку, вышли на очередной феномен двойных имен, регулярно проявляющийся в легостаевской округе.

С архаичной практикой двойных христианских имен, фиксируемой в письменных источниках до XVII века [59, с. 18-19], исследователи и генеалоги-практики сталкиваются, как правило, в старообрядческих регионах. Старообрядцы не придерживались постулата о максимальных семи днях, разделяющих рождение и крещение. Значительный разрыв в событиях влек за собой появление двух имен, привязанных как к рождению, так и к крещению. Отмечают этот факт и ономасиологи: «Обычай еще до крещения давать младенцу христианское имя долгое время сохраняется в старообрядческой среде. Пока это явление мало изучено» [57, с. 61].

Найденный в церковных списках 1751 г. и росписях середины 60-х гг. Тимофей Иванович Глатков оказался идентичным «ревизионному» Лариону Ивановичу Глаткову. В составе семьи Лариона/Тимофея Глаткова три сына – старший Яков, рано отделившийся в самостоятельное домохозяйство, и младшие Трофим и Иван. Именно Трофим и Иван были какой-то период записаны как Суседовы, но потом снова превратились в Глатковых. Предположение о неофициальной принадлежности к старообрядческому толку Тимофея/Лариона основывается на полном отсутствии как его самого, так и его жены в ведомостях Михаило-Архангельской церкви с середины 50-х (т.е. с начала ее функционирования) до начала 60-х годов. И только в 1763 г. Тимофей Иванович, будучи вдовцом, записывается как прихожанин д. Детлево, в семье сына Ивана [24, Л. 369]. Далее отмечается каждый год, вплоть до своей смерти, т.е. до 1766 года. По всей видимости, бывший раскольник, примирившись с официальной Церковью, стал участвовать в Таинстве Причастия.

Совместное проживание младших сыновей с Тимофеем Ивановичем, зафиксированное в описях 1751 г. и ведомостях 60-х гг., позволяют предположить, что Суседовы – вторая фамилия всего семейства, а не только детей. На Рис. 4 представлены фрагменты документов, подтверждающие идентичность Лариона-Тимофея, а также Трофима и Ивана, записанных то Суседовыми, то Глатковыми.

Рисунок 4. Записи Лариона/Тимофея Ивановича Глаткова/Суседова и его сыновей: Якова, Трофима и Ивана

 

Ревизии: 1719 г. На подворье у Андрея Драничникова живет Родион Глатков. Сказал себе от рождения 18 лет [9, Л. 254 об.].

1748. Написанной в прежнюю перепись Ларион Иванов сын Глаткой 38. После переписи рожденные у него дети Яков 19 Трофим 11 Иван 5. У Якова сын Семен 3 [11, Л. 151 об.-152].

1782. Ларион Иванов сын Глатков. 56 в 1763 г., умре в 1766 году. У него дети Яков 56, Трофим 48, Иван вдов 42 [14, Л. 121-121об.].

Исповедные росписи: 1762 г. Трофим Тимофеев сын Суседов 34. Жена ево Елена Ильина [второй брак] 35. Дети их Михайло 9, Герасим 1, Анна 3.

Яков Тимофеев сын Глатков 47. Жена его Евдокея Иванова 44. Дети их Семен 29, Афанасей 15.

Иван Тимофеев сын Суседов 24. Жена ево Параскева Кирилова 24. [23, Л. 349 об.-350 об.]

1763 г. Тимофей Иванов Глатков вдов 70. Сын ево Иван 38. Жена ево Параскева Кирилова 25. Дочь их Елизавета 3. [24, Л. 369].

Первое документальное упоминание фамилии Глатковых – в списках бердчан, посланных на строительство Белоярской крепости в 1717 г.: среди оброчных д. Койновой числится Иван Глатков [7, Л. 38]. В петровской ревизии 1719 г. Ивана уже нет, а его восемнадцатилетний сын Родион Глатков записан проживающим в д. Ировской на подворье Андрея Дранишникова [9, Л. 254 об.]. Во 2-й ревизии в д. Барабинской переписано уже многочисленное семейство повзрослевшего Лариона (Родиона) Ивановича Глаткого: с сыновьями Яковом, Трофимом и Иваном [11, Л. 151 об.-152]. Приписка к д. Барабинской может означать как кратковременный факт проживания в этой деревне с последующим переездом в д. Кадникову, так и изначальное заселение в д. Кадниковой (Усть-Иковой), обретшей независимый ревизионный статус только в 3-й ревизии. В последнем случае к д. Барабинской они могли быть приписаны формально, как к месту сбора подушного налога.

В маленьких поселениях, форматом в два-три-четыре двора, встречался феномен наименования «по очереди». Например, неподалеку расположенная д. Мамонова около двух десятилетий называлась Шмаковой [24, Л. 372 об.; 26, Л. 515 об.; 27, Л. 670 об.], затем снова Мамоновой (проживали там как Мамоновы-Таловские, так и Шмаковы). По всей видимости, такая же именная ротация произошла и в этой деревне: Кадникова в какой-то момент переименовывается в Суседову. Период закрепления названия в официальных документах может быть очень длительным, от пяти до десяти, а то и более лет, при этом новое название употребляется наряду со старым. В 1751 г. в описях церковных приходов деревня фигурирует как Кадникова [18, Л. 132 об.], но скорее всего она уже была Суседовой, и не один год. К сожалению, подтвердить наше предположение документально мы не можем. Но первое найденное нами упоминание деревни как Суседовой приходится на 1752-й, т.е. буквально на следующий год после проведения описи церковных приходов (см. Рис. 5.). И далее новое название используется безальтернативно, что говорит о большой вероятности его существования задолго до выявленной нами записи.

Рисунок 5. Первое упоминание д. Суседовой в церковных документах 1752 г.[2]

Косвенная связь Глатковых-Суседовых с д. Кадниковой прослеживается через семейные данные. Имя первой жены Трофима Тимофеевича Суседова – Евдокия Ульяновна (Рис. 3). Скорее всего, она дочь крестьянина из соседней деревни, Ульяна Никифоровича Ушакова. Ульян – редкое мужское имя, иных носителей на тот период в ведомстве не было. Также впоследствии приемная дочь Трофима Тимофеевича Авдотья Андреева будет выдана замуж за одного из младших представителей семейства Кадниковых – Алексея Дмитриевича, проживавшего в с. Легостаевском [14, Л. 122].

Пройдемся по остальным ключевым фамилиям. Ульян Ушаков, предположительный тесть Трофима Суседова, не менее тесно связан с д. Суседовой, поэтому уделим ему и его домочадцам особое внимание. В 1756 г. он числился прихожанином д. Кинтеперской [20, Л. 120 об.], но уже в 1769 г. состоял в числе прихожан д. Суседовой [26, Л. 520]. В 4-й ревизии 1782 г. один из его сыновей – Семен, записан как десятник и староста д. Суседовой (14. Лл. 190-191). В 1785 г. происходит возвратная миграция семьи в д. Кинтерепскую. Историк Н.А. Миненко в своей книге «По старому Московскому тракту» приводит выдержки из ходатайства Семена: «…в январе 1785 года начальство разрешило крестьянину С. Ушакову переселиться из деревни Суседовой в деревню Нижне-Кинтерепскую. Просьбу свою он обосновал тем, что деревня Суседова «заведена назат тому уже лет тридцать, и по размножению протчих жителей окружные земли опахались, сенные покосы обкосились, равно и скотской выпуск стал совсем скуден» [55, с. 56-57]. Казалось бы, ходатайство Семена свидетельствует о позднем происхождении д. Суседовой, примерно с середины XVIII века, но такие кривые определения исторических дат «на глазок» нередко встречаются в челобитных и прошениях, отражая неглубокую память переселенцев. В качестве контрдоказательства более длительного срока существования поселения может выступать присутствие бывших именователей Кадниковых в составе жителей после переименования поселения. Евсей Яковлевич с семьей и дети его брата Михаила Яковлевича с матерью-вдовой будут проживать в д. Суседовой вплоть до конца 70-х – начала 80-х гг., и только после этого рубежа разъедутся: кто в Белоярскую слободу, кто поближе – в д. Кинтерепскую и д. Усть-Чемскую [14, Л. 191 об.].

Из ранних насельников деревни есть еще одна значимая фамилия – Лихановы. Родион Сергеевич Лиханов, сказавшийся уроженцем Верхотурского уезда, был переписан в ландратской переписи 1719 г. как оброчный д. Ировской, прибывший на бердскую землю в 1712 г. [8, Л. 184]. В Кадниковой-Суседовой поселились его потомки – Гаврила Родионович Лиханов [18, Л. 132 об.] с сыновьями Иваном, Федором, Филиппом [20, Л. 120; 25, Л. 299]. На рубеже 1765–1769 гг. размеры семьи резко сокращаются. Средний сын Федор умирает в подростковом возрасте, старший сын Иван – только-только женившись. Молодая вдова сразу же уходит из семьи в новое замужество. Финалом всех семейных несчастий станет потеря домохозяйства. В 1769 г. Гаврила Родионович с малолетними детьми переписывается не на собственном дворе, а на подворье у Ивана Прокопьевича Гусельникова [26, Л. 520 об.]. Практически сразу же глава семьи умирает [14, Л. 191], а его младший сын Филипп в возрасте одиннадцати лет остается подворником, а по сути – приемышем новой семьи. В этом дворе он вырастет, женится, и съедет с него впоследствии в д. Новососедову.

Среди бердских первопоселенцев, прижившихся в деревне, можно выделить уже упомянутых Гусельниковых. В д. Барабинской с самого момента ее основания проживали семейства двух братьев – Клементия и Федора Петровичей Гусельниковых, выходцев из Беляковской слободы [8, Л. 184 об., 190]. Семейство владело мельницей, построенной на реке Ик, т.е. неподалеку от будущей Суседовой. Эта мельница отмечена на всех картах П. Чичагова, в том числе и самой ранней, сведения для которой собирались ориентировочно в 1724-1725 гг. (см. Рис. 1: на устье реки Ик значок в виде кружка с лучами-лопастями).

В деле Бердской земской избы 1725 г. числится крестьянин д. Барабинской Федор Гусельников как плательщик прошлогоднего оброка (за 1724 г.) в размере 10 алтын за «мельницу мутовчату на речке Ике» [17, Л. 132]. Деревня Барабинская, будучи последний раз зафиксированной в 1762 г. [23, Л. 359], на следующий год окончательно исчезнет из документов. Большая часть Гусельниковых съедет либо на р. Чумыш, либо неподалеку, на речку Выдриху, основав «именную» д. Гусельникову [24, Л. 379]. Но одна ветвь переселится в д. Суседову – поближе к семейному бизнесу, мельнице. Это Иван Прокопьевич с племянником Павлом. «Прокопьевичем» Иван считался по церковным документам [24, Л. 359 об.], в ревизиях же он проходил как «Иванович» (с той же женой и детьми) [11, Л. 148; 14, Л. 192 об.]. По всей видимости, его отец, Иван Клементьевич, также имел двойное христианское имя – Иван в миру, Прокопий – по церковному ведомству. Племянник (Павел Демьянович Гусельников), как и Трофим Суседов, породнился с местным семейством, взяв в жены Устинью Ульяновну Ушакову [4 р., д. 179, Л. 190 об.]. История заключения этого брака оказалась скандальной – невеста ушла из дому против воли отца, без его благословения. К тому же жених оказался «невидимкой» – отсутствовал в исповедных росписях. Часть Гусельниковых принадлежала к «записным раскольникам», Павел, очевидно, был таким же раскольником, но «потаенным». Ульян Никифорович пожаловался на местного священника в Бердскую судную избу, но брак опротестовать не получилось [39, Л. 24-27]. Несмотря на конфликтное начало, линия Гусельниковых прижилась в д. Суседовой, закрепившись до второй половины XIX века.

Среди суседовцев совсем поздней волны (конца 60-х гг. XVIII века) встречается абсолютно небердская, отсутствующая в первых двух ревизиях фамилия Араповы. Т.е. прибыли они позднее 1748 г., будучи, скорее всего, связанными родственными узами с проживавшими неподалеку на реке Чем чаусскими Араповыми. Время их прибытия грубо вычисляется по семейным событиям. По записи в 4-й ревизии Акилина Петровна, мать семейства, взята в жены Григорием Перфильевым Араповым у крестьянина Викуловской слободы (Орлова городища). То есть примерно в начале 30-х гг. семья проживала в Ишиме. В Приобье они переселяются в самом начале 50-х гг. Тут маркером выступает время женитьбы их сына на дочери крестьянина Меньшикова из соседней д. Кинтерепской [14, Л. 192]. Старшие представители суседовских Араповых были «записными раскольниками». Поэтому в исповедных росписях д. Суседовой они отсутствовали, найти их можно было только в самом конце списков, в сборном со всех деревень «раскольном» разделе [25, Л. 323; 26. Л. 522]. Но, начиная с сына, Василия Григорьевича, Араповы числились обычными прихожанами православной церкви. В д. Суседовой Араповы будут проживать до начала XX века.

Кадникова-Суседова, несмотря на долгую историю, длительный период существовала в небольшом формате. До конца XVIII века число дворов варьировалось от 3-х до 5-ти, численность всех жителей – от 11 до 60 человек, и только к середине XIX века число жителей перевалило за сотню человек. Фамильный и демографический состав (с учетом раскольников из отдельных списков) отражен в Таблице 1.

Таблица 1.Фамильный и демографический состав деревни

Кадниковой /Суседовой /Соседовой /Старососедовой вXVIII-XIXвеках

Год

Фамилии

Число дворов

Число мужчин

Число

женщин

Всего

д. Кадникова

 

1751

Кадников (3), Лиханов, Першин

5

7

5

12

д. Суседова

1756

Кадников (2), Лиханов

3

7

6

11

1760

Ушаков, Кадников (2), Лиханов, Кондратьев, Кайгородов, Арапов

7

23

17

40

1765

Ушаков, Кадников, Лиханов, Арапов, Демин

5

20

15

35

1769

Ушаков, Арапов, Демин, Кадников, Гусельников; подворники: Кайгородец, Лиханов

5

30

29

59

1783

Ушаков (2), Араповых, Деминых, Гусельников, подворник Лиханов

5

23

23

48

1788

Арапов, Демин, Гусельников, Шахматов; подворник Лиханов

4

16

22

38

1813

Арапов, Демин, Гусельников, Шахматов

4

20

20

40

1825

Арапов, Гусев, Шахматов, Таловской, Архипов

5

35

38

73

1835

Арапов (2), Гусельников, Шахматов, Таловский (2), Архипов, Урванцов

8

57

53

110

1845

Арапов, Гусельников, Шахматов, Таловский , Архипов

-

43

-

д. Старососедова (Соседова)

1859

Арапов, Архипов, Гусельников, Таловский, Таловсков

19

63

63

126

1890

Коновалов, Шахматов(4), Архипов (3), Арапов (11), Талавсков (9), Гусельников (2), Решетников, Сенькин, Кашников и др.

32

78

118

196

И о трансформации названия Суседова в Соседово и Старососедово.

Она не такая заметная и существенная, как, например, Кадникова-Суседова, но все-таки отражает определенные этапы в жизни села. В «Соседово» название превращается в начале первого десятилетия XIX века, хотя рецидивы написания по старым нормам встречаются вплоть до конца века [48]. Ориентировочно в середине XIX века у Соседовой появляется приставка «Старо», но вплоть до начала XX века приставочная и бесприставочная форма будут существовать как равноправные. Так, в списке наcеленных пунктов, по данным 1859 г., фиксируются два названия: «Соседова (Старососедова)» [47, с. 57]. Также варьируется окончание, деревня может называться «Старо-Сосед ская » [44], «Соседов ско е» [60, Л. 121-122 об.; 43]. Окончательная форма названия деревни (с окончанием «ова» и приставкой «старо») утвердилась только в советскую эпоху.

 

От Иковской к Новосоедовой

 

История Новососедовой, с одной стороны, проще, поскольку не надо разгадывать происхождение фамильного названия, с другой – прерывистая, с некоторыми затемнениями на разных этапах.

Заселение северного берега Берди началось позднее, чем южного, и происходило силами томских крестьян, так как территория относилась к Томскому уезду. Самое раннее упоминание о поселении мы находим у Г.Ф. Миллера, в его описании Томского уезда на момент октября 1734 г. В списке деревень, относящихся к Сосновскому ведомству, в разделе «По Ине и впадающим в нее маленьким речкам» под номером 19 стоит «Иковская, на рч. Ик, которая впадает в Иню с севера, немного ниже предыдущей деревни» [62, с. 93]. Если абстрагироваться от хронической путаницы с рекой Иней, наблюдаемой у Миллера, то можно констатировать, что деревня Иковская на речке Ик существовала как минимум с начала 30-х гг. XVIII века. Второе раннее свидетельство о существовании Иковской – ландкарта Шишкова 1736 г. (Рис. 2). На ней четко прописано географическое положение деревни – у места слияния Большого и Малого Ика.

В списках первой ревизии 1720 г. Томского уезда деревня Иковская отсутствует. Но уже во второй ревизии зафиксированы и д. Иковская и соседняя с ней д. Чемская на р. Чем. Как видим, к середине XVIII века заселение земель Томского ведомства придвинулось вплотную к границам Бердского острога. В 1748 г. в д. Иковской Сосновского ведомства Томского уезда был переписан один крестьянский двор Богдановых, всего пять человек мужского полу [12, Л. 741]. При этом отмечалось, что переписаны Богдановы были в прежнюю перепись, т.е. скорее всего в последующих после в 1720 г. пополнительных списках. Проживали они на тот момент в Иковской или в какой-либо другой деревне, неизвестно. Если проживали, то время образования Иковской может быть лет на пять-десять раньше, чем упоминание у Г.Ф. Миллера. Но, для углубления истории деревни, в силу неопределенности события, нужно найти иные подтверждающие документы.

Рисунок 6. Первое сохранившееся упоминание о д. Иковской в статистических источниках – 2-й ревизии

 

В 3-ю ревизию 1763 г. Иковская переписывается с тем же, но опустевшим двором. Хозяин семейства Михаил Акинфиевич, а также старший сын Кирилл, умирают один за другим (в 1752 и 1754 гг.), а младший Василей с племянниками переезжает «сам собой» в деревню Красилову Белоярского ведомства [13, Л. 489 об.]. Когда опустела деревня – неизвестно, поскольку не указана дата переезда Василия. Примерный разброс времени отъезда последних жителей – с 1754 по 1763 годы. Как минимум на двадцать лет деревня превращается в пустошь. Подтверждают отсутствие на тот период какого-либо населенного пункта на реке Ик и церковные документы. В исповедных росписях 1786 г. Михаило-Архангельской церкви из ближайших к д. Соседовой деревень на другой стороне Берди представлены только Мостовая и Каменка [28. Лл. 818-854]. Также об этом красноречиво свидетельствует Генеральная карта Колыванской губернии 1786 года, на которой отражены д. Суседова и река Ик в девственных лесах, не отягощенная человеческим присутствием.

Рисунок 7. Окрестности д. Суседовой и река Ик в 1786 году [3]

Мы разместили этот фрагмент карты еще и потому, что он рубежный, и отражает практически последние моменты небытия старой Иковской. Буквально год спустя эти места начнут обживаться заново, уже в границах Бердского ведомства и бердскими крестьянами. В исповедных ведомостях легостаевского прихода 1788 г. появляется деревня «Вновь Иковская» [29, Л. 926], т.е. стартует новый этап существования возродившейся деревни. «Вновь Иковской» деревня будет называться только на первых порах, далее по-прежнему будет использоваться старое название без какой-либо приставки.

В возрожденную деревню переселяются три семьи из д. Легостаевой. У всех переселенцев-легостаевцев в старом селе оставались братья, что говорило о том, что основной причиной переезда была теснота и нехватка земель. Рассмотрим подробно их истории.

Иван Агафонович, основатель рода бердских Лямкиных, записан в ландратскую и ревизионную перепись 1719 г. в д. Барабинской как «Ласкин» [8, Л.189; 9, Л. 202], аналогично записаны его младшие братья, Яков и Леонтий, учтенные в дополнительных списках 1721 г. [10, Л. 364]. В Беляковской слободе, откуда «по сказке» прибыли Иван и его братья, действительно проживали Ласкины [6. Лл. 50-52]. Во вторую ревизию 1748 г. все три брата будут писаться уже как «Лямкины» [11, Л. 152-152 об.]. Может быть, сказалось «кривое» написание либо прочтение, может быть изначально было два варианта фамилии, и, в конечном итоге, утвердился второй. Переселенец в д. Иковскую Афанасей Васильев Лямкин приходился внуком Ивану Агафоновичу. На момент переезда в Иковскую у него было пятеро сыновей, старшие из которых успели обзавестись своими семьями. Двор состоял из 10 человек.

В 1712 г. в Бердском остроге поселились уроженцы той же Беляковской слободы, пашенные крестьяне братья Легостаевы. На уральской родине они проживали под совершенно другой фамилией – как «Костины» [6, Л. 92]. Скорее всего, это была не фамилия, а «дедчество», подсказка потомкам о предыдущем колене. В крестьянской книге 1704 г. переписан весь состав семьи: « Тимофей Федоров сын Костиных у него дети Семен Федор Яков Леонтей Василей у Семена сын Семен ж пашут десятинной пашни полдесятины и полчети десятины Федор взят в салдаты » [5, Л. 616]. На новом месте, в д. Барабинской, образовалось два двора, уже Легостаевых: старшего брата Семена Тимофеевича и младших братьев Якова, Леонтия и Василия, а также проживавшего с ними престарелого отца Тимофея Федоровича [8, Л. 186 об., 189 об.]. В начале 20-х гг. они основали неподалеку от д. Барабинской собственную именную деревню, которой суждено было стать волостным селом. В 30-х гг. большая часть семьи мигрировала в Белоярскую слободу и заложила одноименную д. Легостаеву (ныне село Володарка Топчихинского района Алтайского края) [54, с. 122]. Наиболее укорененной в бердскую землю оказалась линия старшего Семена Тимофеевича. Иван Васильевич Легостаев, переехавший в д. Иковскую, приходится внуком Семену Тимофеевичу. Переселился он в сорокалетнем возрасте, с четырьмя подрастающими детьми, из которых только Трифон достиг порога совершеннолетия. Двор новопоселенной семьи состоял из 6 человек.

Петр Иванович Архипов отмечен только во второй ревизии, но как переписанный в предыдущую, значит, появился на бердской земле после 1722 г. [11, Л. 155 об.]. Отсутствие сказки и патронимичная фамилия, происходящая от отчества, либо «дедчества», не позволили узнать место выхода. Но, скорее всего, пришел стандартным путем, из Тобола. У Петра Ивановича было два сына – Семен и Иван. Согласно 2-й ревизии, младший Иван попал в рекруты, будучи уже женатым, с двумя детьми. Но рекрутство оказалось недолгим. Во всяком случае, в 1756 г. он снова проживал в д. Легостаево в окружении многочисленной семьи и вновь заведенных детей [20, Л. 116 об.]. Василий Иванович Архипов, переселившийся в д. Иковскую – старший сын Ивана Петровича. К моменту переезда ему исполнилось пятьдесят лет, двое старших сыновей уже обзавелись семьями и детьми, поэтому его двор выглядел самым густонаселенным – 11 человек.

Таков костяк вновь образованной Иковской, и он сохранится на долгие годы. Последующее двадцатилетие ничего не меняется ни в фамильном составе деревни (в Иковской проживают все те же Лямкины, Легостаевы, Архиповы), ни в названии деревни. Ориентировочно, в начале XIX века в деревню переселяются «суседские» Лихановы. В исповедных росписях 1788 г. записано, что коренной житель Суседовой Филипп Гаврилович Лиханов, двадцати девяти лет от роду, с женой и детьми проживает не в собственном доме, а на подворье у вдовы Евдокии Ивановны Гусельниковой [29, Л. 264]. По всей видимости, подворный статус не устраивал молодую семью, и за лучшей долей она перебралась на новое место – в д. Иковскую.

С появлением Лихановых в Иковской начинается постепенная трансформация названия деревни в Новосуседову. Название не сразу окончательно утвердилось, некоторый период использовались по очереди старое и новое. Выделим следующие этапы на основе динамики в документах Михаило-Архангельской церкви с. Легостаево:

1) Первый раз название «Новосуседова» обнаруживается нами в метрических записях 1804 г.: бракосочетание – « венчан первым браком деревни Новосуседовой крестьянин Василей Иванов Архипов той же деревни крестьянина Ивана Легостаева с дочерью девицей Палагеей» [31, Л. 68]. Следующие три года наблюдается возврат к старому названию: в книгах 1805 г. [31] и 1806-1807 гг. [33] деревня писалась как «Иковская».

2) С 1808 по 1810 гг. – период закрепления нового названия, иногда оба (и старое, и новое) встречаются в одной и той же метрической книге. Книга 1808 г.: рождение – « д. Новосуседовой крестьянина Еремея Лямкина дочь Мария » [33. Л. 71об], венчание – « первым браком деревни Иковской крестьянин Николай Степанов Лямкин той же деревни умершего крестьянина Семена Архипова дочерью девицей Ефросиньей » [33. Л. 76об]. Книга 1809 г.: рождение – « деревни Новосуседовой крестьянина Ивана Лямкина сын Иван» [33, Л. 214]; «деревни Новосуседовой крестьянина Кирила Лямкина дочь Александра» [33, Л. 215]; « деревни Новосуседовой крестьянина Еремея Лямкина дочь Марфа [33, Л. 216]. Книга 1810 г.: рождение – « той же волости деревни Иковской крестьянина Трофима Гаврилова сын Тарасий; той же деревни крестьянина Федота Архипова дочь Феона; той же деревни крестьянина Василья Архипова дочь Ксения » [34, Л. 67 об.]; венчание – «венчан первым браком деревни Новосуседовой крестьянин Михаил Трифонов Легостаев деревни Никоновой крестьянина Романа Лутчева с дочерью девицей Параскевой» [34, Л. 73] .

3) С 1811 г. во всех записях метрических книг и исповедных ведомостей пишется только д. Новосуседова. Книга 1811 г.: рождение – « деревни Новосуседовой крестьянина Никифора Лиханова сын Тимофей, дочь Марфа, близнецы [34, Л. 196 об.] .

4) С 1812 г. название начинает писаться на современный лад – НовосОседова. Например, в исповедных ведомостях 1813 г. – «Деревни НовосОседовой крестьяне» [30, Л. 1162 об.]. При этом вплоть до конца XIX века встречаются варианты старого написания, с буквой «у» (Рис. 8. 1878 г.).

5) В середине XIX века в верховьях реки Ик появится новое поселение, поначалу именуемое как «Новая Иковская», затем «Верх-Иковская», а также «Верх Ики», «Дальние Ики» [47, Л. 44]. Поскольку старое название д. Новососедовой, связанное с рекой Ик, еще не стерлось из памяти, возникнет еще одна топонимическая оппозиция. На короткий срок (параллельно утвердившемуся «Новососедова») реанимируется речное название в форме «Ики», «Ближние Ики», «Ики старые» (Рис. 8. 1859, 1878 гг.), но широкого и долговременного бытования название не получит, достаточно быстро исчезнет.

Таблица 2.Фамильный и демографический состав д. Иковской /Новосуседовой /Новососедовой вXVIII-XIXвеках[4]

Год

Фамилии

Число дворов

Число мужчин

Число

женщин

Всего

д. Иковская

1748

Богданов

1

5

-

-

1788

Лямкин, Легостаев, Архипов

3

14

13

27

д. Новосуседова (Новососедова)

1813

Лямкин, Легостаев, Архипов, Лиханов

4

26

33

59

1825

Лямкин (3), Ударцов, Легостаев, Архипов (2), Ушаков, Лиханов, Бердюгин

10

45

58

103

1835

Лямкин (2), Легостаев, Архипов (3), Лиханов; подворник Бердюгин

7

54

60

94

1845

Лямкин, Легостаев, Архипов, Лиханов, Урванцов

-

54

-

-

1859

Лямкин, Легостаев, Архипов, Лиханов, Ушаков, Коновалов, Урванцов

25

78

76

155

1890

Архипов (12), Бахтуров, Арапов (4), Лямкин (5), Коновалов (2), Исупов, Ушаков (2), Легостаев (2), Гусельников, Берсенев, Шахматов и др.

71

210

213

423

В таблице перечислены фамилии вплоть до конца XIX века. Три базовых фамилии – Лямкин, Легостаев, Архипов – остаются неизменными, в разные периоды к ним добавятся переселенцы из Соседовой (Лиханов, Ушаков, Гусельников), д. Ировской (Урванцев), Легостаевой (Коновалов, Бердюгин). Время от времени в деревне будут появляться жители окрестных деревень, кто-то приживется, кто-то съедет.

Совместная история Старососедовой и Новососедовой

Внешне все выглядело так, что на рубеже XVIII и XIX веков одной семье – Лихановым – удалось, переехав из Суседовой, перенести на новое место привычное название, добавив приставку «ново». Но, может быть, человеческий фактор в данном случае преувеличен. Не меньшую роль сыграли хозяйственные и административные связи двух деревень, синхронизировавшие, в итоге, их названия.

Сельское самоуправление существовало в Сибири со второй половины XVIII века и держалось на сельской общине, которую здесь предпочитали называть «обчеством», а не «миром», как в центральной России [58, С. 53]. В ходе реформы управления государственными крестьянами 1838 г. вся Россия перешла на «сельские общества» – первичные звенья в рамках волостных образований. Общества совпадали с территориальной единицей, только если она была крупной. Поскольку в Легостаевской волости преобладали небольшие деревни, объединение нескольких деревень в рамках одного сельского общества было заурядным явлением. Например, на лето 1882 г. Легостаевская волость состояла из 28 селений и 14 сельских обществ [60, Л. 119]. Вновь возрожденную Иковскую-Новососедову с самого начала объединили с д. Соседовой по причине их территориальной близости. Длительное существование (практически на протяжении века) в административно-хозяйственном симбиозе не могло остаться без последствий. Отразилось оно и на закреплении однокоренных названий деревень с разными приставками, и на формировании фамильно-смешанного состава жителей. На Рис. 8 представлены фрагменты фиксации деревень Соседовой (Старосоедовой) и Новососедовой в сборниках населенных пунктов Томской губернии (1866–1911 гг.). Вплоть до 1911 г. деревни записываются рядом, в устоявшейся последовательности (сначала Соседова, затем Новососедова); до 1904 г. отмечается либо объединяющее их сельское общество, либо общее землепользование.

Рисунок 8. Старососедово и Новососедово в сборниках населенных пунктов Томской губернии 1868 –1911 годов [5]

Фундаментом существования сельского общества «Соседовское» было совместное пользование землей. Как следует из сборников н.п. Томской губернии 1893 г. [49], 1899 г. [50], 1904 г. [51], на две деревни приходилось 3390 десятин земли. Это была земля, включающая сенокосные угодья и лес. Наиболее удобными для хлебопашества были луговые земли высокой поймы реки Берди и ее приточных надпойменных террас. В сборнике н.п. 1904 г. вместе с общей надельной землей приведены размеры пахотных угодий для каждой деревни. У д. Соседовой было 257 десятин пашни на 40 дворов, у Новососедовой 445 десятин на 84 двора. Таким образом, чистой пашни у соседовцев было 6,4 десятины на двор или 1,14 десятин на душу, у новососедовцев – 5,3 десятины на двор или 1,06 десятины на душу.

Помимо центральной статистики, имеется и региональная. В Томском архиве сохранился статистический сборник Легостаевской волости за 1890 г. На его основе мы составили профили крестьянских хозяйств двух деревень (см. Табл.3).

Таблица 3. Демографические и хозяйственные характеристики д. Соседовой и Новососедовой в 1890 г. [6]

Наименование деревни

Всего мужч.

Всего женщ.

Число

ревизских душ

Число оклад-ных

душ

Число дворов

Кол-во земли в десятинах

Число лоша-дей

Число голов рогатого скота

Число овец

Соседова

78

118

65

50

32

3390 (общее)

282

121

178

Новососедова

156

182

96

89

61

472

337

310

По численности населения, д. Новососедова уже с середины XVIII века начала обгонять д. Старососедову, к 1890 г. этот разрыв стал ощутимым (превышение более чем на треть: 196 к 338).

В имущественном отношении деревни мало чем отличаются друг от друга, но все-таки есть небольшие расхождения. В д. Соседово в 1890 г. на душу населения приходилось полторы лошади, а в Новососедово – чуть менее одной. Примерно такое же соотношение, но в обратную сторону, наблюдалось по владению крупным рогатым скотом (0,6/0,9 головы КРС на одну душу). Можно предположить, что новососедовцы отличались большим уклоном в животноводство, нежели землепашество, напрямую связанное с количеством лошадей, и это детерминировано типом земель и особенностями ландшафтного окружения деревни. Особенностью деревень было также массовое разведение неприхотливых технических культур – конопли и льна.

Соседовское сельское общество, как и другие сельские общества, обладало всеми составными самоуправления – распоряжалось надельной землей, покосными угодьями, контролировало сбор налогов, вершило первичный суд на местах. Главным органом был крестьянский сход, на котором выбирался сельский староста, писарь и прочие выборные персоны, решались жизненно важные вопросы. В обеих деревнях вплоть до конца XIX века не было никаких общественных заведений – церквей, школ, лавок, ярмарок, почтовых станций, фабрик. Из хозяйственных организаций, подотчетных сельскому обществу, содержался только хлебозапасный ссудный магазин, расположенный в д. Новососедово [49, С. 101].

К сожалению, в местных архивах сохранилось немного документов, касаемых функционирования исследуемых сел и сельского общества на их основе. Но два документа в ГАТО имеются, и мы позволим себе более детально, чем следовало бы, изложить их.

В деле Томского губернского совета по крестьянским делам 1890 г. содержится прошение доверенного от крестьянского общества Моисея Ефремова Гусельникова о предоставлении рассрочки взноса ссудного хлеба в хлебозапасный магазин в силу неурожайных предыдущих лет. При рассмотрении прошения приводится ответ волостного чиновника, согласно которому в Новососедском магазине «состоит налицо хлеба 178 ½ четверть и в недоимках 357 четвертей». Несмотря на резюме «даже с этим запасом население может считаться обеспеченным хлебом в случае голода» недоимки велено собрать [40].

В переписке Томского губернского управления 1899 г. рассматривается жалоба крестьян «дд. Старо и Ново-Соседовой» на финансовые растраты и неподотчетность обществу сельского старосты Луки Евсеевича Лямкина и предложение об отстранении его от должности, а также предложение о выборе нового писаря общества вместо г-на Пылкова, отличающегося грубым нравом. Крестьяне проявили неслыханное самовольство – в отсутствии старосты собрались на сельский сход, постановили приговор, «никем из должностных лиц не засвидетельствованный», произвели учет общих средств. Такая степень самоуправления, по мнению крестьянского начальника участка Барнаульского округа, «в высшей степени нежелательна и незаслуживающая поощрения», а попытка общества самому выбрать и назначить сельского писаря «без контроля волостного правления не может быть допущена», поскольку «приведет к полнейшему беспорядку и злоупотреблениям». Также причину конфликта крестьянский начальник видит в происках отставного лесного кондуктора Петрова, писавшего за крестьян прошение – «известного кляузника и пьяницы», стремящегося попасть в сельские писари [41].

Большой интерес представляют подписи крестьян в данных делах. Поскольку сельский сход считается легитимным, если на нем присутствует не менее 2/3 жителей мужского пола, мы посчитали фамилии подписавшихся вполне представительным фамильным срезом деревень на 1890 г. и разместили их в Таблицах 1 и 2. Не менее значим в генеалогическом отношении список подписантов в прошении отсрочки хлебной сдачи, построенный по принципу фамильных гнезд (см. Табл. 4).

Таблица 4. Список жителей д. Соседово и Новососедово, присутствовавших на крестьянском сходе и подписавших прошение в 1890 году[7]

Крестьяне д. Соседовой:

Павел, Кондратей, Яков, Петр, Максим Таловсковы ,

Прохор, Дмитрий, Антон, Егор, Евлампий, Никита, Алексей. Демид Араповы ;

Павел, Карп, Степан Гусельниковы ;

Филипп, Никифор, Дементий Шахматовы;

Ефим, Андрей, Антип, Василей, Николай Архиповы ;

Калистрат Ломиворотов;

Никита, Степан Кашкаровы

Крестьяне д. Новососедовой:

Севастьян, Назар, Ефим, Харитон, Андрей, Петр, Василей, Никита, Устин, Еремей, Лука, Тимофей, Трофим, Евстафей, Антон, Яков, Феоктист Архиповы;

Евсей, Лука, Семен, Гаврило, Ефим, Фадей, Тимофей Лямкины ;

Игнатей, Панфил, Ларион Араповы ;

Аника Шахматов;

Ларион, Григорей Ушаковы;

Иван, Григорей Коноваловы;

Алексей, Павел, Николай Гусельниковы ;

Николай Хомяков;

Семен Бахтуров;

Захар Берсенев.

Руку приложили: Алексей Ефимов Архипов, Василей Артамонов Лямкин.

Как видим по Таблицам 1, 2, 4, за годы существования в рамках совместного общества фамилии сильно перемешались: в обеих деревнях присутствуют династии Архиповых, Гусельниковых, Коноваловых, Араповых. Самые разветвленные фамильные древа (Табл. 4) у Архиповых, Лямкиных, Гусельниковых, Таловских, Шахматовых

В конце первого десятилетия XX века общинно-административные альянсы начинают распадаться один за другим. После принятия многочисленных переселенцев деревни увеличиваются и приобретают право основывать собственные сельские общества.

В Главное управление Алтайского округа поступает ходатайство следующего содержания: Соседовское сельское общество Легостаевской волости Барнаульского уезда просит « разделить его на два – Старо-Соседово и Ново-Соседово, из коих в каждой более 300 м. душ» [46, Л. 94]. Уже в сборнике н.п. 1911 г. (Рис. 8) мы видим, что у каждой деревни есть свой значительно выросший земельный надел (5209 десятин у Старососедовой и 5080 у Новососедовой) и свой общественный хлебозапасный магазин. То есть налицо все атрибуты самостоятельности. Постепенно появляются и иные организации. В 1899 г. д. Соседовой фиксируется школа грамоты [49, с. 439]; в 1904 г. в д. Новососедовой – такая же школа грамоты [51, с. 405]; в 1911 г. в д. Новососедовой – три маслодельных завода [52, с. 203]. В 1916–1918 гг. и в д. Соседовой, и в д. Новососедовой образуются собственные «общества потребителей» [42, 43]. Начинается новая самостоятельная жизнь двух сел.

В советский период эта независимость друг от друга только усилится. В сборнике населенных мест Сибирского края, составленном по результатам переписи 1926 г., представлены разведенные по разным страницам и совершенно не связанные друг с другом деревни [53, с. 484, 486]. В каждой деревне – свой сельский совет, начальные школы, в д. Новососедово – торговая лавка. Также в сборнике имеется любопытная графа – год основания, заполненная весьма ненадежным «опросным» способом, без какой-либо опоры на архивные документы. По мнению составителей, д. Новососедово образована в 1750 году, а д. Старососедова – в 1776 году. Данные, ввиду доступности, перекочевали в краеведческую литературу, на основе некоторых из них празднуются ложные юбилеи. Надеемся, что наше небольшое исследование исправит эти заблуждения и поможет хотя бы частично восстановить малую историю красивого уголка Новосибирской области.

Приложение. Фрагменты геометрического плана деревень Суседовой и Новосуседовой 1825 г.

Деревни нанесены на план в виде фигур желто-оливкового цвета, пашенные угодья – в виде темных заштрихованных прямоугольников.

Деревня Новосуседова. Расположена на месте слияния Малого и Большого Ика. Р. Малый Ик пересекает деревню. Пашенные наделы в долине Малого Ика.

От деревни идет дорога, пересекающая Бердь, до д. Суседовой.

Деревня Суседова. Расположена недалеко от устья р. Тальменки с южной стороны р. Берди. Речка Тальменка пересекает деревню. Пашенные угодья расположены по обе стороны р.Тальменки и р. Каменки. Через деревню проходит дорога, связывающая д. Суседово с д. Новосуседовой и с д. Кинтерепской.

Список источников и литературы:

1. Territoire de Narim [Narym], Man gazéia, Tomsk , Eniséisk, Krasnoiar [Krasnoiarsk], Kouznetsk. Cette carte a été faite par le géodésiste Pierre Tchitchagov, 1721 // Национальная библиотека Франции. URL: http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/btv1b55003151m/f3.item.zoom

2. Ландкарта Томского и Кузнецкого уездов геодезиста В. Шишкова 1736 г. // РГАДА. Ф.271. Оп.3. Д.140.

3. Генеральная карта Колыванской губернии 1786 г. // РГВИА. Ф. 846. Оп. 16. Д. 20252.

4. Геометрический специальный план Барнаульского уезда, Легостаевской волости, деревень Суседовой и Ново-Суседовой, 1825 г. // ГААК. Ф. 50. Оп. 2. Д. 125.

5. Крестьянские книги Тобольского уезда 1704 г. // РГАДА. Ф.214. Оп. 1. Д. 1406.

6. Перепись Тобольского уезда 1710 года.// РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.1524.

7. Роспись бердских служилых и оброчных людей, отправленных на строительство Белоярской крепости 1717 г. // РГАДА. Ф. 1134. Оп. 1. Д.7.

8. Ландратская перепись Кузнецкого уезда 1719 г. // РГАДА. Ф.350. Оп.1. Д.214.

9. Книга переписная Кузнецкого уезда 1719 г.// РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.1611.

10. Перепись прописных и пришлых Кузнецкого уезда 1721 г. // РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.1626.

11. Ревизские сказки Колывано-Воскресенского округа 1748 г. // ГААК. Ф.1. Оп.1. Д.28.

12. Книга переписная Томского уезда 1748 г. // РГАДА. Ф.350. Оп. 1. Д. 3579.

13. Сказки о государственных крестьянах Сосновского и Верхотомского острогов Томского уезда 1763-1764 гг. // РГАДА. Ф.350. Оп. 1. Д. 3582.

14. Именной список переписи населения Колыванской губернии 1782 г. // ГААК. Ф.169. Оп.1. Д.179.

15. Окладная книга о расположении на крестьян Легостаевской волости подушенных податей и прочих денежных сборов и заводских работ 1845 г. // ГААК. Ф. 10. Оп.1. Д.165.

16. Окладная книга о сборе с крестьян подушных податей, повинностей о исправлении заводских работ 1859 г. // ГААК. Ф.11. Оп.1. Д.36.

17. Дело о наборе рекрут, сыску и поимке беглых рекрут и разного звания людей 1724 г. / Бердская судная (земская) изба и волостное правление, Бердский острог и слобода. Сборник документов // РГАДА. Ф.1401. Оп.1. Д. 2.

18. Описи приписных крестьян Колывано-Воскресенского округа по церковным приходам 1751 г. // ГААК. Ф.1. Оп.1. Д.45.

19. ИР 1755 г. // ГАТО. Ф.263. Оп.1. Д.1.

20. ИР 1756 г. // ГАТО. Ф.263. Оп.1. Д. 2.

21. ИР 1759 г. // ГАТО. Ф.263. Оп.1. Д. 116.

22. ИР 1769 г. // ГАТО. Ф.263. Оп.1. Д. 13.

23. ИР 1762 г. // ГАТО. Ф.263. Оп.1. Д. 7.

24. ИР 1763 г. // ГАТО. Ф.263. Оп.1. Д. 8.

25. ИР 1765 г. // ГАТО. Ф.263. Оп.1. Д. 10.

26. ИР 1769 г. // ГАТО. Ф.263. Оп.1. Д. 13.

27. ИР 1783 г. // ГАТО. Ф.263. Оп.1. Д. 24.

28. ИР 1786 г. // ГАТО. Ф.263. Оп.1. Д. 29.

29. ИР 1788 г. // ГАТО. Ф.263. Оп.1. Д. 31.

30. ИР 1813 г. // ГАТО. Ф.263. Оп.1. Д. 80.

31. МК 1804, 1805 гг. // ГАТО. Ф.170. Оп.9. Д. 31.

32. МК 1806, 1807 гг. // ГАТО. Ф.170. Оп.9. Д. 33.

33. МК 1808, 1809 гг. // ГАТО. Ф.170. Оп.9. Д. 34.

34. МК 1810, 1811 гг. // ГАТО. Ф.173. Оп.1. Д. 133.

35. МК 1812, 1813 гг. // ГАТО. Ф.170. Оп.9. Д. 38.

36. МК 1819 г. // ГАТО. Ф.170. Оп.9. Д.44.

37. Метрическая книга Сретенской церкви Берского острога:

38. МК 1752 г. // ГАТО. Ф. 170. Оп. 10. Д78а.

39. Дело по доношению Кузнецкого духовного правления о священнике Осипе Арзамасове Архангельской церкви села Легостаевского, обижавшем крестьян. 1768-1771 гг. // ГАТО (Тобольск). Ф.156. Оп.2. Д. 1816.

40. Дело о рассмотрении прошения доверенного от Соседовского сельского общества Легостаевской волости Барнаульского округа о предоставлении рассрочки взноса ссудного хлеба в хлебозапасные магазины. 1890 г. // ГАТО. Ф.3 Оп.48. Д. 191.

41. Дело по жалобе крестьян Ново-Соседовского и Старо-Соседовского сельских обществ Легостаевской волости Барнаульского уезда на сельского старосту за отказ в проведении учета средств обществ. 1899 -1990. // ГАТО. Ф.3. Оп.45. Д.289.

42. Переписка с Томским губернским управлением и Легостаевским волисполкомом об образовании общества потребителей в дер. Ново-Соседовой Ново-Николаевского уезда и о предоставлении им годового отчета. 1916 г. // ГАТО. Ф.196. Оп.3. Д. 840.

43. Документы о причислении к д. Мостовской, д. Ново-Соседовской Легостаевской волости Барнаульского уезда семей крестьян-переселенцев. 1874-1909 гг.// ГАТО. Ф.196. Оп. 15. Д. 329.

44. Документы о причислении к дер. Старо-Соседской Легостаевской волости Барнаульского уезда семей крестьян-переселенцев. 1910. // ГАТО. Ф.196. Оп.15. Д. 330.

45. Статистический сборник по Легостаевской волости Барнаульского округа за 1890 г. // ГАТО. Ф. 264. Оп. 1 Д. 154.

46. Протоколы заседаний комиссии по рассмотрению и утверждению переселенческих участков Алтайского округа. Копии 1907-1910 гг. // ГААК. Ф. 4. Оп.1. Д. 2868.

47. Томская губерния: список населенных мест по сведениям 1859 года. - Санкт-Петербург, 1868.

48. Список населенных мест Томской губернии: [рукопись]. 1878-82 г. – Томск: Научная библиотека Томского государственного университета. URL: http://sun.tsu.ru/mminfo/000351195/000351195.djvu

49. Волости и населенные места 1893 г. Вып.12. Томская губерния. – Санкт-Петербург, 1894.

50. Список населенных мест Томской губернии на 1899 год. - Томск: Товарищество "Печатня С. П. Яковлева" (Губернская типография), 1899.

51. Памятная книжка Томской губернии на 1904 год. Томский губернский статистический комитет – Томск, 1904.

52. Список населенных мест Томской губернии на 1911 год. - Томск: Издание Томского губернского статистического комитета, 1911.

53. Список населенных мест Сибирского края за 1926 г. - Новосибирск: Стат. ком. Сибкрайисполкома, 1928. - Т. 1-2.

54. Булыгин Ю. С. Первые крестьяне на Алтае – Барнаул: Алтайское книжное издательство, 1974.

55. Миненко М.А. По старому Московскому тракту. О первых русских поселениях на территории Новосибирской области. – Новосибирск: Новосибирское книжное издательство, 1986.

56. Рутько И.М., Семянников Борис Григорьевич. Геодезист Пётр Чичагов и его деяния // Международный журнал теории и научной практики, 2019: Том 2. Выпуск 1, С.15-19.

57. Чайкина Ю. И., Смольников С.Н. История русских личных имен, отчеств и фамилий. Материалы в помощь учителю – Вологда, 2001.

58. Суворова Н.Г. Крестьянское самоуправление в колонизируемом пространстве Сибири // Вестник Томского государственного университета. История. 2013. №5 (25), С. 52-57.

59. Тупиков Н.М. Словарь древнерусских личных собственных имен. Санкт-Петербург: тип. И.Н. Скороходова, 1903.

60. Челомбитко А.Н. Волости Барнаульского уезда (альбом-справочник) Барнаул: 2018.

61. Элерт А.Х. Сибирь XVIII века в путевых описаниях Г. Ф. Миллера. // История Сибири: Первоисточники. Вып. VI. Новосибирск, 1996.

62. Элерт А.Х. Историко-географическое описание Томского уезда Г.Ф. Миллера (1734 г.) // Источники по истории Сибири досоветского периода. Новосибирск: Наука, 1988.


[1] (ГАТО, Ф. 263. Оп. 1. Д. 2. Л. 132 об.)

[2] (МК Сретенской церкви Берского острога. ГАТО. Ф. 170. Оп. 10. Д. 78 а. Л. 9.)

[3] (РГВИА. Ф. 846. Оп. 16. Д. 20252)

[4] Источники: 2 ревизия Томского уезда; Исповедные росписи церквей Барнаульского Духовного правления 1788-1835; Окладные книги 1845 и 1859 гг.; Списки населенных мест Томской губернии по данным 1859 г.; Список крестьян из дела о крестьянском обществе 1889 г. и данные волостной статистики 1890 г.

[5] [47; 48; 50; 52] .

[6] Источник: ГАТО. Ф. 264. Оп. 1 Д. 154. Л. 2 об.

[7] Источник: ГАТО. Ф. 3. Оп. 48. Д. 191.

 

«Живоносный Источник» №2 (25) за 2023 г.

Поддержите наш сайт


Сердечно благодарим всех тех, кто откликается и помогает. Просим жертвователей указывать свои имена для молитвенного поминовения — в платеже или письме в редакцию.
 
 

  Оцените актуальность  
   Всего голосов: 1    
  Версия для печати        Просмотров: 542

Ключевые слова: «Живоносный Источник» №2 (25) за 2023 г.

html-cсылка на публикацию
Прямая ссылка на публикацию

 
  Не нашли на странице? Поищите по сайту.
  

 
Самое новое


01.03 2024
13 марта в Новосибирске состоится церковно-краеведческая конференция «Церковь и общество...
08.08 2023
Православная гимназия при Никольском кафедральном соборе Искитимской епархии продолжает...
13.07 2023
Детский церковный хор Вознесенского собора объявляет набор детей...
Помоги музею
Искитимская епархия просит оказать содействие в сборе экспонатов и сведений для создания...
важно
Нужна помощь в новом детском паллиативном отделении в Кольцово!...


 


  Нравится Друзья

Популярное:

Подписаться на рассылку новостей






    Архив новостей:

Март 2024 (7)
Февраль 2024 (65)
Январь 2024 (38)
Декабрь 2023 (44)
Ноябрь 2023 (51)
Октябрь 2023 (56)

«    Март 2024    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031