Опубликовано 23.09.2020 в рубрике  Новостная лента » Обзор СМИ
 

Николай Андреев: «Мне нравится, когда в фотографии есть мысль»

 

  • ФИО: Андреев Николай Васильевич
  • Должность, регалии: член Союза художников России; член Союза фотохудожников России; психолог; диакон
  • Специализация: фотоискусство
  • Жизненное кредо: «Вдохновение».

«Мне нравится, когда в фотографии есть мысль. Но если эту мысль видит только фотограф, то всё напрасно. Она должна доходить до сердец зрителей. У учеников, которые приходят ко мне, я всегда спрашиваю: зачем им заниматься фотографией? К миллиону фотографий добавить миллион первую? Такой простой вопрос зачастую ставит их в тупик», - рассказывает член Союза художников России, член Союза фотохудожников России, психолог; диакон Николай Андреев – фотохудожник, которому довелось заниматься живописью у известного художника Михаила Павловича Иванова-Радкевича, а затем учиться фотоискусству у куратора конкурса «Русская бромо-серебряная фотография на рубеже веков», ветерана освоения космоса Анатолия Павловича Александрова. О Сергиевом Посаде в советские годы, об удивительном детстве рядом с Лаврой, о ёлке в снегу и капающих сосульках, о яблоках на крыше и о колокольном звоне; о прадеде - митрополите Варфоломее (Городцове); о военном фотоальбоме деда и бабушки, которые служили фронтовыми врачами; о рождении любви к фотографии; о борьбе «цифры» с «плёнкой», о нюансах репортажной и сюжетной фотосъемки, об уникальности каждого запечатленного мига; о фото, в которых есть мысль; о цвете и монохроме; о кадрах, которые «цепляют» - об этом и многом другом – в нашем материале.   

- Какие воспоминания оставило в Вашей памяти детство?

- Я родился в Сергиевом Посаде, тогда это был город Загорск, Троице-Сергиева Лавра. Туда всегда приезжало множество богомольцев, даже в советское время. В 30-е годы Лавра была закрыта, но, когда я родился, она уже действовала, уже существовали духовная академия и семинария.

В Загорске у нас был свой дом с огородом и садом. Просыпался я под звуки колокольного звона. На улице все друг друга знали, дети вместе играли. Мы с ребятами и в Лавру заходили «погулять», там ведь не только монастырь, но и музей-заповедник.

Ещё ярким детским воспоминанием осталось предвкушение и празднование Нового года: ёлка и запах старинных игрушек, некоторые из них были довоенными, а некоторые – даже дореволюционными. Часть из них сохранилась до сих пор.

В современном городе и праздники, и даже времена года толком не ощущаются, а в детстве в Загорске я всё это ощущал очень остро: дом был большой и деревянный, зимой - ёлка вся в снегу. Весна – это капающая сосулька, которую можно было сорвать. А ещё это лужицы от сосулек, которые ручьями бегут по двору, а мы – ребятня – пускаем по ним бумажные кораблики. Осень – это яблоки, которые падали на нашу крышу, создавая череду специфических звуков: удара о поверхность крыши, скатывания и, наконец, падения на землю. Лето – это цветы у нас в огороде, клубника, огурцы.

Мы уехали из Загорска, когда мне было всего 9 лет, но хотя бы 9 лет я прожил по-настоящему. Не передать словами эти детские впечатления. Мне вообще кажется, что человек живёт только в детстве, а всё остальное время идёт по инерции. Взрослая жизнь – это инерция того, что происходило в детстве.

- Ваши родители были не очень религиозны?

- Митрополит Варфоломей (Городцов) – мой прадед по линии отца, вера у папы сохранилась на генетическом уровне. Он не мог её активно проявлять, потому что работал в Московском государственном университете и был членом партии. Публичные разговоры о вере были невозможны.

А мама работала в детском доме для слепо-глухо-немых - единственном в стране! Мамина мама работала в городской больнице, а сестра бабушки – в школе. Открытости веры быть не могло.

Помню, папа иногда брал крышку от огромной чугунной сковородки и отстукивал по ней ложкой на манер колокольного звона – наверное, это отголоски детских воспоминаний отца. Он родился в Москве, но корни его – из Михайлова Рязанской губернии. Его дед был священником в Михайловской церкви. Её разрушили, а в 60-е годы построили там кинотеатр «Космос». Но через время этот кинотеатр снесли.

Важно отметить, что в Загорске – Сергиевом Посаде – явных атеистов-то и не было. Троице-Сергиева Лавра задавала атмосферу города. Это же не просто город, при котором есть монастырь. На этом месте изначально построилась обитель, и лишь потом к ней стали пристраиваться дома, когда люди начали тянуться к святыне. Так город и возник близ монастыря.

- А каким был досуг в Вашей семье? Могли бы мы вспомнить самое любимое в Вашем детстве занятие?

- Больше всего я любил лежать на веранде на старом-престаром диване и листать журналы «Наука и жизнь», «Вокруг света» и «Нива», которых у нас было огромное количество.

- Кем Вы мечтали стать?

- Машинистом поезда. У нас недалеко была железная дорога, и звук проезжающего поезда будоражил моё детское сознание.

- Почему же Вы не воплотили мечту в жизнь?

- А я в какой-то степени всё же её воплотил! Я несколько лет проработал фотокорреспондентом в железнодорожной газете «Наш путь». Два раза в жизни мне посчастливилось прокатиться в кабине машиниста поезда Р-200, поскольку у меня было редакционное задание отснять поезд из кабины машиниста в движении. Таким образом и материалы подготовил, и свою детскую мечту исполнил.

Кстати, сейчас я, если куда-то еду, то только поездом. В самолёте ведь мне не дадут подстаканничек, в котором будет ложечка звенеть! В самолёте мне предложат пластиковые стаканы, и вся романтика улетучится! Так что, из всех видов транспорта для меня поезда – самые романтичные и сказочно-притягательные.

- Расскажите, как в Вашей жизни возникла любовь к фотографии?

- Мой папа немного фотографировал, но не был страстным фотолюбителем – снимал только в семейный альбом.

Фотолюбитель – это, наверное, уже следующий этап, когда фотоаппарат служит инструментом исследования мира, а не просто средством пополнения семейного альбома.

Я сейчас очень жалею, что папа упустил множество кадров Загорска, которые мог бы заснять. И людей много интересных можно было запечатлеть. Например, моя бабушка дружила с дочкой знаменитого философа, литературного критика и публициста Василия Васильевича Розанова – вот бы кого поснимать!

Фотографий у нас в семье было много, хранилось несколько больших альбомов. В их числе – альбом военных фото моих деда и бабушки, которые служили фронтовыми врачами. Я очень любил рассматривать военные снимки, и не просто листать, но подолгу всматриваться в каждый кадр. А ведь все старые фотографии – высококачественные, их можно рассматривать хоть в увеличительное стекло!

Однажды мой папа принёс с работы (из МГУ) несколько мешков со старыми фотографиями, которые готовили на утилизацию. Папа их буквально спас. А ведь это были большие съёмки путешествий фотографов в Сибирь, на Дальний Восток, Камчатку, Сахалин. Представляете, дореволюционные фото, а их – на выброс! Бесценные снимки золотоискателей Сибири – а ведь до революции была даже отдельная республика золотопромышленников, со своим банком и даже со своими деньгами.

Попалось много фотографий некого Льва Раскина – цветы, пейзажи, виды, открыточные снимки. Я стал искать его. Оказалось, это фотохудожник, который работал в издательства «Искусство», «Планета». Может, исторической ценности его снимки и не представляют, но это цветные фото 50-х годов!

Всё это мне было крайне любопытно рассматривать и изучать.

- Но можно же было просто с увлечением рассматривать, а Вы жизнь свою связали с фотографией!

- Да. Помню, я очень мечтал о фотоаппарате, и на 16-летие мне его подарили. Радости не было предела!

У папы было несколько книжек по фотоискусству и несколько старых больших негативов военных фотографий. Я взял учебную книжку, негатив и, запершись в ванной, проявил его, получив довольно сносные отпечатки.  Я был очень рад, что мой дедушка будто заново ожил на снимках. Больше с фотоаппаратом я не расставался. Так потихоньку я самообразовывался и стал уже наполовину фотографом, хотя бы на уровне лаборанта.

К сожалению, в стране тогда с фотообразованием было не очень хорошо. Сначала я окончил Ленинградское училище № 16 по специальности «фотограф». Немного проучился в университете искусств. Дело в том, что обучение там было только по заочной форме. Причём, даже факультет балалайки там был! Честно говоря, слабо себе представляю, как можно заочно научиться играть на балалайке…

Я поступил на фотоотделение, но мне такая форма обучения не понравилась: нужно было отправлять свой отпечаток и получать в письменном виде ответ из Москвы же, где я тогда уже и жил. Каждый раз я недели по три ожидал ответ от педагога. Хватило меня на полгода таких «посылок».

На тот момент я ходил заниматься живописью к художнику – Михаилу Павловичу Иванову-Радкевичу (сыну знаменитого композитора и пианиста Павла Иосифовича Иванова-Радкевича) – чудесному, интеллигентнейшему человеку, который мог часами рассказывать о своих встречах с Маяковским, Есениным. Он 1901 года рождения. Признаться, меня не столько заинтересовала живопись, сколько бесценные беседы с выдающимся педагогом.

На время рассказов Михаил Павлович даже телефон из розетки выключал, показывая мне пальцем знак молчания – телефон прослушивался. К сожалению, в силу возраста я кое-что упускал, но на уровне подсознания, слава Богу, что-то важное «записывалось». Уже в зрелом возрасте из подсознания стало многое «всплывать». Как зерно: запало куда-то глубоко, долго-долго лежало, чтобы потом прорасти.

Михаил Павлович мне и картины свои показывал. Представляете, ему в числе 10 художников СССР Министерство культуры поручило сделать копии с работ Веласкеса, когда картины были привезены из Дрезденской галереи в Москву. Михаил Павлович рассказывал мне, что настоял, чтобы с картины сняли стекло, потому что оно бликовало. Комиссия Министерства культуры позволила, после чего он смог посмотреть сквозь увеличительное стекло краски, мазки и даже оборотную сторону холста.

Так что, встреча с этим педагогом стала для меня в жизни определяющей. Я и вспоминаю Михаила Павловича часто, и молитвенно поминаю об упокоении.

Со временем я понял, что, несмотря на то, что живопись у меня «не пошла», в целом, изобразительное искусство мне всегда было близко. Я любил приходить в Третьяковскую галерею – полюбоваться живописью Фёдора Васильева или Ивана Айвазовского.

- Вот удивительно: взращивались Вы на живописи, но в итоге выбрали путь жанровой съёмки.

- Признаться, постановочные фотографии я не люблю, а вот жанровые снимки мне очень интересны. Что же касается живописи: мне кажется, что просто пейзаж – это, скорее, работа для живописца. Но жанровая съёмка не менее сложна, чем живопись: увидеть, поймать мгновение… Живописец тоже может сделать быстрый набросок, но такая работа не будет носить документальности. Фотография же – это документ, это то, что было.

Как жаль, что сейчас уже нет настоящих фотолюбителей! Сегодня каждый человек, обладающий телефоном, уже якобы фотолюбитель только потому, что у него есть камера. Раньше человечество делилось на фотолюбителей и не фотолюбителей, а сейчас…

- Раньше ведь существовало настоящее фотоискусство, было целое направление, которому обучали. Сейчас же фотографом считает себя каждый… Ушло время, когда люди ради фотокарточки наряжались всей семьёй в самые лучшие наряды и шли в фотоателье… Как Вы считаете, как изменилось качество снимков с появлением новых технических средств? И как это отразилось на фотоискусстве?

- Сейчас каждый желающий может нажать на кнопку и получить изображение, но это не фотография. Не всякое изображение является фотографией. Кроме того, всё, что находится на электронных носителях – это ведь тоже не фотография, потому что даже само слово «γράφω» в переводе с греческого означает «пишу, рисую», т.е. это только то, что напечатано на бумаге. На мониторе, на телефоне – это лишь изображения. Для фотографа-профессионала это всего лишь «полуфабрикат».

Даже для участия в фотоконкурсах необходимо принести в качестве образцов распечатанные на фотобумаге фотографии. Только на бумаге видны все нюансы снимка.

- Как Вы считаете фотоискусство прогрессирует или деградирует?

- Когда было переломное время между «плёнкой» и «цифрой», некоторые страстные фотолюбители или фотохудожники держались за «плёнку» и говорили, что будут снимать, что называется «до последнего патрона». Эти споры происходили в крупнейших фотожурналах.

Для фотожурналиста, понятное дело, важнее «поймать» событие. Кто первый заснял, у того снимок и будет иметь огромную ценность. Никто не обратит внимание на то, что на снимке резкость не та, цветопередача неудачна или композиция «разваливается». Потому что для фотожурналиста важна именно событийность. А для фотохудожника важны все нюансы.

Я участвовал в конкурсе от Союза фотохудожников. Куратором конкурса был Анатолий Павлович Александров – секретарь Союза фотохудожников. Удивительный человек, мы несколько лет с ним дружили! Он работал по космической системе Королёва, проверял перед полётом каждый винтик, без него бы не состоялись полёты в космос Титова, Гагарина.

Примечательно, что в военной характеристике Анатолия Павловича отмечено, что он - страстный фотолюбитель, фотохудожник. Казалось бы, какое отношение хобби имеет к серьёзной деятельности, да? Никто же не напишет в военной характеристике, что человек марки собирает, например. Но фотодело указали.

Когда Анатолий Павлович вышел на пенсию, он стал секретарём Союза фотохудожников и организовал проект «Русская бромо-серебряная фотография на рубеже веков» - это был выставочный проект, который действовал в течение 6-8 лет. Каждый член Союза при желании мог представить свои фото, соответствующие заявленным требованиям, на худсовет. Снимки обсуждались, отбирались, некоторые возвращались на доработку. Анатолий Павлович с каждым возился, как няня с ребёнком. И со мной тоже.

Почему бромо-серебряная? Потому что нужна была именно традиционная техника, никакой «цифры» – она была на очень низком уровне тогда. «Цифрой» пользовались только фотожурналисты: отснял, и через минуту снимки уже в редакции.

Конечно, сейчас цифровая техника развилась до того, что «плёнка» осталась только у эстетов. Поэтому со временем проект изменил своё название на «Монохромная фотография на рубеже веков», поскольку появилось разрешение использовать не только «плёнку», но и «цифру».

- Почему чёрно-белая фотография ценится гораздо больше цветной? Лично Вы почему любите именно чёрно-белые снимки?

- Чёрно-белые фото, на мой взгляд, гораздо глубже. Бывает, что цвет просто мешает, он не нужен. Считаю, что, когда цвет не «работает» в кадре, от него нужно избавляться.

- А в каких случаях он «работает»?

- Сложно сказать. Я не скажу, что это – съёмка цветов. Это будет слишком примитивно. А вот какое-то неприметное, на первый взгляд, пятно или точка могут быть необходимы именно в цвете. Если без этого нюанса содержание снимка «рассыпается», значит, цвет необходим. Но ощутить это можно только внутренним чутьём, когда всё понимаешь уже во время съёмки.

- Что нужно, чтобы кадр «зацепил»?

- Нужно смотреть вглубь того, что снимаешь. Но бывает так, что во время съёмки что-то ускользает из поля внимания, бывает много «случайных» кадров, которые впоследствии обретают большую ценность. Поэтому если тебя что-то заинтересовало, нажимай кнопку, потому что этого уже не вернуть! Жалко кнопку нажать, что ли? Потом разберёшься, сидя перед монитором, хорошо это или нет.

Был такой случай: один фотокорреспондент снимал в 60 годы кадры в роддоме, и захватил кадр, где медсестра везёт тележку с младенцами. Он снимал сверху, в движении, и кадр получился нерезкий, немного «смазался». Фотокорреспондент посчитал этот снимок бракованным, но негатив не выбросил. Золотое правило: никогда не выбрасывать негативы и не стирать файлы! Только в случае откровенного брака, например, когда попросту забыл снять крышку с объектива. Так вот, этот фотокорреспондент показывал кадры коллеге, и тот самый «бракованный» кадр и «зацепил» коллегу! Он сказал, что этот кадр – уникален, потому что новорожденные дети именно так размыто и видят мир. Получился снимок мира глазами новорожденных детей. В итоге этот кадр стал визитной карточкой фотокорреспондента, и даже участвовал в различных конкурсах.

- Каков, на Ваш взгляд, рецепт хорошего кадра?

- У учеников, которые приходят ко мне, я всегда спрашиваю: зачем им заниматься фотографией? К миллиону фотографий добавить миллион первую? Такой простой вопрос зачастую ставит их в тупик. Кто-то отвечает, что хочет самовыразиться. Кто-то говорит, что хочет тем самым увековечить эпоху, в которой живёт, а вместе с тем и людей, события. Это, на мой взгляд, уже ближе к пониманию фотографии.

Мне очень нравится стихотворение Арсения Тарковского «Фотография»:

В сердце дунет ветер гонкий,

И летишь, летишь стремглав,

А любовь на фотопленке

Душу держит за рукав,

У забвения, как птица,

По зерну крадёт - и что ж?

Не пускает распылиться,

Хоть и умер, а живёшь -

Не вовсю, а в сотой доле,

Под сурдинку и во сне,

Словно бродишь где-то в поле

В запредельной стороне.

Всё, что мило, зримо, живо,

Повторяет свой полёт,

Если Ангел объектива

Под крыло твой мир берёт.

- Какова, на Ваш взгляд, миссия фотоискусства в современном мире?

- Наверное, как и всегда: нести вечные ценности – добро, свет. Ничего нового. Техника ведь просто облегчила процесс, а всё остальное осталось прежним, вечным, как и любое искусство.

Мне нравится, когда в фотографии есть мысль. Но если эту мысль видит только фотограф, то всё напрасно. Она должна доходить до сердец зрителей.

Беседовала Юлия Гащенко

Поддержите наш сайт


Сердечно благодарим всех тех, кто откликается и помогает. Просим жертвователей указывать свои имена для молитвенного поминовения — в платеже или письме в редакцию.
 
 
Помочь порталу

  Оцените актуальность  
   Всего голосов: 0    
  Версия для печати        Просмотров: 116


html-cсылка на публикацию
Прямая ссылка на публикацию

 
  Не нашли на странице? Поищите по сайту.
  

 
Самое новое


Помоги музею
Искитимская епархия просит оказать содействие в сборе экспонатов и сведений для создания...
Памятник
Новосибирской митрополией объявлен сбор средств для сооружения памятника всем...
важно
Нужна помощь в новом детском паллиативном отделении в Кольцово!...


 


  Нравится Друзья

Популярное:

Подписаться на рассылку новостей






    Архив новостей:

Январь 2021 (21)
Декабрь 2020 (47)
Ноябрь 2020 (72)
Октябрь 2020 (64)
Сентябрь 2020 (72)
Август 2020 (73)

«    Январь 2021    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Яндекс.Метрика

Каталог Православное Христианство.Ру
 Участник сообщества епархиальных ресурсов. Все православные сайты Новосибирской Епархии Мониторинг доступности сайта Host-tracker.com