Аннотация. Во второй части статьи описывается история празднования Нового года с середины 1930-х гг. Праздник отмечался даже в суровые годы Великой Отечественной войны. Описываются некоторые семейные традиции подготовки к этому празднику, отмечается их утрата и призывается к восстановлению некоторых старых традиций празднования, как, например, замечательного и объединяющего обычая совместного застольного пения.

Ключевые слова: Новый год, Новосибирск, елка, семейные традиции.
После фактического запрета празднования Нового года, уже в самом конце 1935 г. первый секретарь Киевского обкома РКП(б) Павел Постышев с одобрения Сталина неожиданно предложил вернуть празднование – взамен Рождества. Н.С. Хру¬щев в воспоминаниях писал об этом так: «Вышли мы, сели в машину Сталина. Поместились все в одной. Ехали и разговаривали. <...> Мы ехали по улицам, конечно, нигде не выходя из машины, весь осмотр велся из автомобиля. Постышев поднял тогда вопрос: "Товарищ Сталин, вот была бы хорошая традиция и народу понравилась, а детям особенно принесла бы радость – рождественская елка. Мы это сейчас осуждаем. А не вернуть ли детям елку?” Сталин поддержал его: "Возьмите на себя инициативу, выступите в печати с предложением вернуть детям елку, а мы поддержим”» [11, c. 121].

На следующее же утро, 28 декабря 1935 г. во всесоюзной газете «Правда» появилась статья Постышева: «Комсомольцы, пионер-работники должны под Новый год устроить коллективные елки для детей» [10, c. 3]. И на этой же странице размещено объявление о продаже елок на рынках Москвы. Следом и газета «Комсомольская правда» подтверждает непонятливым: рекомендовать проведение.

А скрывали праздник почему? Оказалось, что «в царской России елка была доступна лишь для детей буржуазии и наиболее зажиточных семейств. <...> Полюбоваться елкой "дворницкие” и "кухаркины” дети могли только сквозь стекла господского дома или в витринах магазинов» [5, с. 3].

Но «буржуазный» праздник как будто бы все уже ждали и готовились – «дети обрадованы необычайно» [6, c. 4], «всюду срочно производилось "озеленение”» [3, c. 4]. И уже через четыре дня после выхода статьи в школах, детских садах и детских домах всей страны и Новосибирска прошли первые новогодние елки с песнями, стихами, хороводами и подарками.

Рисунок 1. Новогодний привет из Ново-Николаевска. Изд-во К.Ляликова и Ко. 1911 г.

Первое сообщение о елках в Новосибирске в 1935 г.: «В 7 часов вечера 1-го января зажгут огни на елке в детском доме № 1. Сегодня же вечером для детей устраиваются елки в детских домах завода «Труд», мылзавода и лесозавода, в ряде учреждений и предприятий Новосибирска» [7, с. 1]. Ну, а трудящимся особых приготовлений и не нужно. В том же номере газеты сообщается: «Вчера на всех предприятиях, в рабочих коллективах, клубах Новосибирска прошли вечера встречи Нового года».

Одними из первых увидели елку дети работников треста «Кузбассуголь». Директор школы Михаил Ефимович Чирков обратился к ребятам: «Дорогие дети! Поздравляю вас с Новым годом и первой советской елкой!» [12, c. 4]. Это был не единичный факт. В течение школьных каникул многие городские и сельские школы края провели елки для детей. В школу №50 (Советская, 38) на праздник были приглашены не только учащиеся, но и дошколята, и взрослые «почетные гости». Деда Мороза еще не было, но «Привет товарищу Гайлиту! – встречают комкора звонкие детские голоса. <...> Домой ребята уходят с настольными играми, барабанами, куклами, мячами» [12, c. 4].

Рисунок 2. Первая елка в школе № 50. «Советская Сибирь». № 2 за 1936 г.

В витринах магазинов начали выставлять «образцово-показательные» елки, украшенные имеющимися в продаже кондитерскими изделиями. Елочных украшений продавалось немного. Первый год это были конфеты, причем предлагались украшения зачастую только наборами, в которых были ватные и картонные фигурки, а также совсем непраздничные игрушки. Фабрика «Красная Сибирь» начала оперативно выпускать елочные украшения из шоколада: «бомбы, обтянутые фольгой», рыбки и другие фигуры. Магазины «Гастронома» сформировали специальные подарочные пакеты с кондитерскими изделиями для елок и праздничные наборы конфет различных сортов, а детский отдел универмага НарКомВнуТорга имел в наличии елочных украшений на сумму свыше 200 тысяч руб.! В крупнейших магазинах «Союзкульторг» (Красный пр-т, 23) и «Союзунивермаг» (Красный пр-т, 25) также были установлены большие сияющие елки. Здесь елочные украшения были страшно дороги – они продавались наборами стоимостью 56, 100, 250 руб. и более. В наборах преобладали ватные и картонные фигурки. Их покупали, в основном, для детских садов и школ.

Но не всегда и не для всех выбор украшений был обширен. Поэтому, многие люди делали украшения самостоятельно из бумаги, картона, ткани, шишек, пластилина. Пол под елкой закладывался ватой. Ее же кусочки клочками клали на ветки - получался отличный снег.

Рисунок 3. Самодельные елочные игрушки из бумаги. Фото С. Жукова

То же касалось и детских подарков. Как вспоминает Татьяна Янушевич: «Я только теперь могу представить, как она (мама) сидит поздними вечерами, когда мы спим, и неумело… шьет платья моей кукле. Или клеит корзиночки для леденцов, или одно единственное яблоко, разрезанное нам с Ленкой пополам, укладывает на блюдечки из серебряной бумаги с картинками по сказке» [8].

Вешались на ветки и леденцы, пряники, орехи, покрашенные золотом. Кроме конфет, магазины стали радовать горожан неожиданными лакомствами: испанскими апельсинами и грузинскими мандаринами. Их продавали поштучно за большие деньги: маленькая 25 коп., средняя – 45, большая – 65 коп.

Была налажена и продажа елок населению. Их привозили из Мошковского и Ояшинского районов. Первые годы зеленых красавиц продавали только в трех местах: в Первомайском сквере, в садоводстве городского треста зеленых насаждений около театра «Красный факел» и в загородном питомнике. Если в декабре 1936 г. для школьных праздников было закуплено 1700 елок, то через два года уже 6500.

Елки были дорогими. Полутораметровая «делегатка всех лесов» стоила 2,5 руб., а четырехметровая уже 25, а выше и все 50. Средняя зарплата составляла тогда 136 руб., но и среднему новосибирцу высокие елки были ни к чему – высота потолка не позволяла. Но спрос все равно был ажиотажным.

Елки были запланированы во всех школах, детских садах, клубах и парках области. Для детей и взрослых организовывался карнавал с литературными и сказочными героями – Пушкиным, Тарасом Бульбой, Дон Кихотом, Мойдодыром и другими, а также обязательно с героями-челюскинцами, летчиками, парашютистами, кавалеристами и артиллеристами. 9 января 1936 г. состоялись детские карнавалы на городском стадионе и воднолыжной станции с танцами на льду под духовой оркестр, с призами и фейерверком. Новогодние праздники продолжались до конца зимних каникул.

К следующему году в новосибирской молодежной газете «Большевистская смена» вышла статья секретаря Западно-Сибирского крайкома ВЛКСМ Пантюхова, в которой тот подтвердил разрешение отмечать Новый год советской елкой. Праздник возвращался в новом обличье — как детская здравница великому Сталину, он должен был «ярко отразить величайшую заботу правительства, партии и всех трудящихся Советского Союза о советских детях, о создании им счастливого советского детства» [1, c. 198-202].

Рисунок 4. «Сталинская елка»

В сценарии праздника, детских речевках, елочных украшениях было рекомендовано придерживаться насущной, идеологически выдержанной тематики. Так, 1936 г. встречался как год сталинской Конституции, 1937 – двадцатой годовщины Октября, 1939-й посвящался героям боев на оз. Хасан. Даже елки устанавливались не в крест, а в центр пятиконечной звезды. Были выпущены специальные методички, помогающие организовать праздник.

И в декабре 1936 г. все уже были подготовлены. В школах празднества начались еще 30 декабря. В саду Сталина был открыт городской зимний спортивный городок, а уличных елок в городе было уже восемь. «Вечером первого января зажглись елки на улице — в Первомайском сквере, в саду имени Сталина, на водной станции и т. д. Щедро иллюминованные, они горели сотнями красных, фиолетовых, зеленых и оранжевых электрических лампочек, а на макушках сияли красивые красные звезды» [3, c. 4]. На центральной клумбе Первомайского сквера была установлена елка в окружении хоровода из фанерных детей разных республик. Рядом была построена и ледяная горка. Художники и скульпторы города разработали эскизы художественного оформления сквера к карнавалу. По эскизу у Дома Ленина установили два панно, отражающие жизнь детей и снежные фигуры медведя, лисицы, волка. По аллеям расставили фигуры зверей и птиц.

В следующем 1937 г. у Деда Мороза появилась спутница – внучка Снегурка из русской сказки. Новогодние мероприятия уже стали массовыми не только в городе, но и в селах края. В парках и скверах заливались катки, на них ставились небольшие елочки, ледяные скульптуры, в Театре юного зрителя проводилась детская елка со спектаклем. В 1939 г. главная детская елка была установлена в клубе им. Менжинского (ныне СК «Динамо»).

До войны очень популярными стали и взрослые балы-маскарады с самыми разнообразными костюмами. Они устраивались почти в каждом клубе или столовой. Кафе и рестораны в Новогоднюю ночь работали с полной нагрузкой.

В годы Великой Отечественной войны Новый год забыт не был. В декабре 1941 г. горисполкомом было решено организовать сбор на новогодние подарки воинам Красной Армии. К решению прилагался и список продовольственных товаров, рекомендуемых для посылок на фронт: масло, колбаса, сыр, консервы, сухари, махорка, сладости. На 8 января было собрано 1 752 875 рублей и 21 929 посылок, из которых 2792 были индивидуальными. Такие подарки собирались каждый год.

Праздник отмечался, но, конечно, очень скромно. Вместо елок украшали домашние растения. Для этого очень хорошо подходили большие фикусы. Девушки пытались сшить себе какую-нибудь обновку, в основном, перешивая старое, парни – добыть немного спирта, чтобы «приподнять» закрашенную стрептоцидом воду.

Все военные годы отмечался праздник и в детских учреждениях. На зимние каникулы предписывалось заливать катки и снежные горки у школ и общежитий. Елки устанавливались в детсадах, в школах, в Театре юного зрителя, в парке Кирова. По инициативе президиума ВЦСПС «предложено устраивать для детей утренники, киносеансы, встречи с участниками отечественной войны, учеными, писателями и стахановцами, выступления художественной самодеятельности, массовые военно-спортивные игры, походы и прогулки на лыжах» [9, c. 1].

В 1942 г. Горисполком принимает решение вновь установить общегородскую елку – в саду им. Сталина (ныне Центральный парк), и выделяет на это 20 тыс. руб. Там были построены огромный дом изо льда, ледяные горки и саночная катапульта, зимний тир; малышей катали на собаках.

Той же зимой большую елку поставили и на площади Сталина. Здесь 2 января «вечером состоялся большой митинг трудящихся Новосибирска. В центре города, на площади имени Сталина, где высятся расцвеченная электрическими лампочками громадная елка и гигантский дед-мороз, где вчера, в день нового года, весело гудел детский праздник, – сегодня, в ранний зимний вечер, при свете прожекторов собрались 175 тысяч новосибирцев, чтобы отметить радостное событие: приветственную телеграмму товарища Сталина» [2, c. 1]. Эту елку 1943 г. нам сохранила картина художника Василия Ивановича Викулова (1904-1971), бывшего у нас в эвакуации.

Рисунок 5. Военная елка в Новосибирске. Худ. В. Викулов. 1943 г.

Школьные елки украшали, чем могли. Дети клеили из бумаги и газет гирлянды, бумажные цепи, делали из газет, вырезали и раскрашивали снежинки зеленкой или свеклой. Дед Мороз приходил на праздник частенько в образе партизана. Находились у него в мешке и конфетки для подарков, и бомбы для врага.

Нинель Павловна Волкова вспоминает: «В школе всегда отмечался Новый год. С елкой! Делали какие-то костюмы, какие-то спектакли ставили. А подарком могла быть одна конфета, и этого было достаточно. Или мамы, родительский комитет напекут блинов, тех же драников наделают, на него положат чего-нибудь: или сметанки, и кусочек масла» [4]. А по воспоминаниям Идеи Тимофеевны Ложкиной: «У нас не было елочных игрушек, очень трудно было кусочек хлеба достать. Самая вкусная еда, которую я люблю до сих пор – черный хлеб, посыпанный сахаром» [4].

В каникулы 1943/44 г. общегородскую елку организовывали в клубе Сталина, который занимала Ленинградская филармония. Помимо самой елки и ее украшения были выделены средства на продуктовые подарки для 12 000 детей с 1-го по 4-й класс.

Первая послевоенная елка была огромной. Она была установлена на площади Сталина. По решению исполкома для нее было заготовлено 2500 сосенок. Елка организовывалась при участии Новосибирского гарнизона СибВО. Председателем комиссии по устройству елки был назначен поэт-песенник ансамбля красноармейской песни и пляски СибВО Василий Михайлович Пухначев. Она была тожественно открыта 31 декабря 1945 г. в 19 часов. Кроме прочего, на площадке была представлена работа зимнего военного лагеря.

В канун 1948 г. дню 1 января наконец-то был возвращен статус выходного и праздничного, а в 1953 г. в стране огромным тиражом издали самую массовую новогоднюю открытку, автором которой был известный график Евгений Гундобин.

В последующие годы главная новосибирская елка переезжала к Оперному театру, в парк Сталина, а к 1955 г. вернулась обратно на главную площадь города. Электроэнергию для световых гирлянд подавали из Оперного театра. Играл духовой оркестр. С детьми занимались артисты Театра юного зрителя и городского Дома пионеров. Рядом всегда строился и ледовый городок с горками, состоящий из самых разных образов – избушки на курьих ножках, головы богатыря из сказки «Руслан и Людмила», ледяного Кремля и т.д. Организовывалось катание на санях, запряженных лошадьми или верблюдами. Здесь же располагались торговые ларьки с пирожками и чаем.

В Домах культуры и клубах возродились и новогодние вечера. После того, как на экраны вышел фильм «Карнавальная ночь», это стало чуть ли не обязательным. Конечно. не так богато, как в кино, но карнавально.

Елки старались оформлять в соответствии с эпохой: кукурузой, парашютистами, космическими спутниками, космонавтами. В 1958 г. на главной елке собрали все главное: большой атомный ледокол «Ленин», арку с надписью «миру – мир»; вокруг елки в тот год вращалась модель искусственного спутника Земли и издавала знакомый всем сигнал: «пи-пи-пи».

Рисунок 6. Оформление общегородской елки. 1957-1958 г. Музей Новосибирска

На левом берегу, бывшим до 1970 г. одним Кировским районом, елку устанавливали на пустыре, где сейчас находится Монумент славы. В 1965 г. рядом была большая горка-ракета с выходящим из нее космонавтом, а на крыше дома по ул. Пархоменко, 10 красовался спутник. Потом эту районную елку перенесли на площадь Маркса, сначала на место снесенного недавно долгостроя ДК «Сибсельмаш», затем на угол Ватутина и Блюхера. Здесь же был ледовый городок. Я мальчишкой ходил уже именно сюда. Особым форсом было прокатиться с высокой ледяной горки, стоя на ногах, и не упасть. В общем, можно было и развлечься, и нос разбить, а при желании и на неприятности нарваться.

Новогодних традиций у нас сформировалось множество. Например, покупка новогодней елки – это тоже своего рода предпраздничный ритуал. На елочные базары приходили с детьми. Метр палки в 1970-е гг. стоил рубль. Но были и попышнее – за 3 или 5 руб. А в последние часы елку можно было купить прямо на улице, но уже за 10 руб. и больше.

Или лепка пельменей. Папа крутил фарш, мама раскатывала тесто, садились всей семьей, с бабушками и малышами, и весело лепили, клеили эти пельмени, при этом пели, а в один пельмень мама подкладывала пуговку – «на счастье». Потом пельмени «выбрасывали» на мороз, но пару десяточков «для ребенка» все равно варили сразу. Ну, и взрослым по паре штучек – рюмочку закусить.

Про тазик «оливье» не буду — это навсегда. Праздничный стол был всегда. Когда побольше, когда, конечно, поменьше. Пословицу «как Новый год встретишь, так и проведешь» никто не отменял.

Продукты заготавливали заранее. Еще до революции во многих крестьянских семьях специально подращивали скотину к праздничному столу. Все от собственного хозяйства: жареный ососок (молочный поросенок) или печеный окорок, гусь с яблоками, стерлядь или сом. А напитки за столом и в городе тоже были в основном собственного производства, шампанское появилась уже гораздо позже.

Помните один из главных детских запретов – «Не трогай!» Это на Новый год. Даже в условиях тотального советского дефицита родители умудрялись кое-что привозить из командировок – из Москвы бананы, из Минска баночки майонеза провансаль, которого при наличии в Новосибирске своего жиркомбината в городе почему-то не было. Отец как-то из Москвы привез пару кур Новосибирского птицекомбината, а раз мама из Ташкента умудрилась довезти большой арбуз.

Женщины к празднику старались приобрести или сшить новое платье, чтобы в последний момент выйти к столу «в обновке». Бывало, меняли их в течение вечера. Вообще, новогодний стол – это надолго. Сначала провожали старый год и ждали боя курантов, сначала по радио, потом уже и по телевизору.

В новогоднюю ночь 1971 г. по телевизору с поздравлением впервые выступил генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев. А из-за усиливающейся проблемы вождя с дикцией с конца 1970-х гг. вместо Ильича новогодние обращения в телеэфире зачитывал известный диктор Игорь Владимирович Кириллов.

Рисунок 7. Новогоднее поздравление советскому народу Л.И. Брежнева. 1971 г.

Потом подарки. Сначала детям, следом взрослые друг другу. Волшебство. Немного «Голубого огонька» и прогулка на улицу со снежками, фейерверками и ледяными горками. Чудили. Помню, в одну из ночей очень сильно подморозило и папа, скатившись с горки на ногах – удаль хотел показать, сильно ударился. Но ничего, обошлось.

Потом с мороза быстро домой, пельмени горячие есть и смотреть конец Новогоднего концерта, потому что именно в конце и было самое интересное – Пугачева и кто-нибудь из дружеского социалистического лагеря. И, конечно, еще один Новый год в 4 часа, московский, а заканчивался праздник такие манящими «мелодиями и ритмами зарубежной эстрады».

Все примерно так же, как и сейчас. Но не все. Главное, что мы утратили: наши бабушки-дедушки, и даже еще родители за столом пели. Это были совершенно разные песни: от русских народных до каких-то классических романсов и разухабистых частушек – это уж у кого насколько хватит. И мы им подпевали, а теперь за нас стал даже не петь, а орать телевизор. Давайте вернемся в тот, старый, точнее прежний Новый год, в ту волшебную ночь, и не просто сядем за праздничный стол и закусим, а выключим телевизор и споем.

Литература и источники:

1. Гутыра Т.Н. Первые советские новогодние елки для детей в Новосибирске: 80 лет со времени организации // Календарь знаменательных и памятных дат по Новосибирской области, 2016 год. Новосибирск: НГОНБ. 2015. 237с.

2. Клява сибиряков великому Сталину // Советская Сибирь. 1943. № 2. 3 января.

3. М.К. Встреча Нового года в Новосибирске // Советская Сибирь. 1937. № 2. 3 января.

4. Музей Новосибирска (МН). Н. Биографический архив «Личность в истории Новосибирска».

5. Н. О новогодней елке // Советская Сибирь. 1938. № 227. 28 декабря.

6. Нерод. Елку — детям. // Советская Сибирь. 1935. № 291. 31 декабря.

7. Новогодние елки для детей // Советская Сибирь. 1936. №1. 1 января.

8. Новый год в истории Новосибирска: путешествие елки и подарки на фронт [Электронный ресурс] // РИА Новости. URL: http://ria.ru/nsk/20131226/986510613.html (дата обращения 13.01.2019).

9. О проведении новогодних елок и организации отдыха школьников в зимние каникулы // Советская Сибирь. 1943. № 254. 15 декабря.

10. Постышев П. Давайте организуем к Новому году детям хорошую елку! // Правда. 1935. № 357. 28 декабря.

11. Хрущев Н.С. Время. Люди. Власть. Воспоминания. Книга 1. Москва: Московские Новости. 1999. 1900 с.

12. Эм. Д. Первая елка // Советская Сибирь. 1936. № 2. 3 января. С. 4.